Я был раньше с женщинами. По правилам, когда мне исполнилось шестнадцать, один из дядей отвёл меня в мир бескрылых, где мы выбрали для меня женщину. Но там всё было не так. Ни она, ни следующие никогда не вызывали во мне таких невероятных эмоций. Никто из них никогда не желал меня так. Хотя им-то как раз я навевал любовь. У меня даже был роман со смеской. Молодой вдовой одного из клятвенников клана. Она была старше меня, опытней, не поддавалась внушению… но всё равно те эмоции и рядом не стояли с тем, что творилось со мной сейчас.
Арманда… я забыл кто я и где, когда она, со взглядом довольной хищницы, принялась внимательно разглядывать мой член мягко поглаживая его пальчиками.
- Ммм, мой любимый размер.
А когда она ещё на него и взобралась… сама… в мире не осталось ничего, только её взгляд мне в глаза… и мои ощущения. И они оба были шире, глубже, сильнее всего объяснимого и материального. Падение в этот её взгляд и упругое принятие её тела… Путы, не подающиеся моей силе и воле, и жгучее неправильное удовольствие от того, что происходящее не зависит от меня…
Я начал приходить в себя, когда увидел её крылья. Они распахнулись резко, хлопком, роняя с полок какие-то мелочи. И через меня хлынул поток… резко, коротко, как волна цунами. Оргазм смешался где-то с этой волной, выброшенный ею на берег и опустошённый… Я в небесной башне, в постели с небесной донной и великим небесным мечом… мой член ещё в ней… она улыбается сытой пантерой… и в ближайшее время умрёт моими стараниями.
Если бы можно было как-то ёмко выразить состояние критического непонимания происходящего, то я именно в нём.
126. Майлз. Неподобающий вид
Именно в этот момент, пока я пытался собрать из осколков себя и ситуацию хоть в какое-то понимание, события начали закручиваться очень быстро.
Женщина на мне постепенно пришла в себя и вновь активизировалась. Она, наконец, отвязала мои запястья. Причём делала это руками, видимо, для того чтоб поелозить по мне всем телом. А потом вообще заявила:
- Думаю, нам надо выпить. И серьёзно поговорить. Ты же хотел поговорить?!
Звучало это… Она всё-таки заметила, что я сделал? Заметила, но решила дать мне закончить, а после наказать?! Ну, или просто не хотела прерываться в том, что делала?
В любом случае мне требовалось срочно исчезнуть. Не думаю, что такое можно простить. Так что если она видела – она меня убьёт. И в такой ситуации будет даже в рамках правил. Если же не видела и отравится сейчас при мне, живым я отсюда не выйду. Где-то за дверью её верный пёс, и ему будет плевать на последствия при защите хозяйки.
Габриэль… я заставил себя назвать её именно этим именем, расслабленно удалилась в другое помещение, и я тут же подскочил. Бежать!.. Замерев через шаг… голым? Всю мою одежду она, словно специально, распустила на ниточки. После воздействия великого меча дней пять никого слабее такая материя слушаться не будет. Сюртук!
Я призвал к себе так удачно сохранившийся в моём подчинении предмет одежды и выскочил за дверь.
- Кхм!
На кресле прямо напротив двери, из которой я появился, полулежал Сварожич. Он демонстративно осмотрел меня, усмехнувшись. Ну да… В гостиную я выскочил, аккуратно закрывая за собой дверь, чтобы эта ненормальная женщина не услышала, как я сбегаю, то есть голым задом вперёд, сюртуком прикрывая пока лишь перед.
Я заставил себя выпрямиться, как есть, голым, окинуть небесного взглядом, как это полагается высокородному, и спокойно спросить:
- Остановишь?
Он снова усмехнулся, удобнее укладываясь в кресле:
- Нет. Если бы моя богиня хотела, чтоб вы точно не ушли, она бы закрыла дверь. А раз она оставила для вас эту возможность, то, видимо, хотела узнать, воспользуетесь ли вы ею. – Он махнул в сторону абсолютно открытой взлётной площадки в ночное небо академии. – Диевас ждёт вас там, где мы забрали. Летите.
И мне не нужно было предлагать дважды. Я спешно трансформировал сюртук хоть в какие-то штаны на себе и сиганул вниз, с взлётной площадки, раскрывая крылья уже почти над кронами деревьев, чтоб ни один случайный взгляд каким-нибудь неведомым невезением не отследил, откуда именно я вылетел.
Диевас действительно сидел на балюстраде той самой галереи, из которой меня похитили. Он заметил меня издали. Вскочил на ноги, руками показывая мне приземляться на мостик между зданиями. В архитектуре академии явно читалось, что изначально её строили так, чтоб было удобно взлетать и приземляться буквально везде. Но студенты прятали крылья и постепенно многие открытые площадки по тем или иным соображениям закрыли.