11. Арманда. Мексиканская кухня
Проходя мимо фонтана, я махнула рукой сквозь брызги, отправляя на наш обычный столик парочку латте с круассанами. Чистокровные обычно справлялись с этой задачей легко, формируя практически любые кушанья любой кухни. Они осваивали этот навык ещё в детстве. Но я до сих пор с уверенным результатом могла сформировать только этот набор. И то круассаны иногда выходили так себе. У Эсты получалось больше и разнообразней, но в основном то, что она и обычными методами умела хорошо готовить. В результате в вопросе питания в академии выбор у меня был небольшой: пить, как это делали асуры и дэвы, нектар - чистую благодать. Довольно специфический вкус. Брать со стороны зоны смесков дежурное блюдо, там мыслеобраз не требовался, только импульс. Или полюбить мексиканскую кухню. Я выбрала последнее.
Сейчас на наш столик вдобавок приземлилась корзинка с чуррос. Моим круассанам Эста не очень доверяла.
Она тоже осматривала немногих сидящих в зале:
- Видимо, мы попали в самое время тренировок. Даже ваятельницы ещё не нахлынули.
Я кивнула:
- А те, кто ходил на отменённые курсы? По комнатам сидят?
Она пожала плечами:
- Ну, мы же сидели, пока тебе не захотелось кофе? Курсы не у боевиков отменили. Этот народ осторожный. Тем более обстановка последние недели очень напряжённая.
Да, напряжённая. И главное, непонятная. Я крутила в голове эти её слова и свои ощущения. Должна ли я что-то сделать? Или самое правильное сейчас действительно затаиться и оттачивать силы? Не упустим ли мы таким образом время? Знал ли кто-то вообще планы Сущего настолько, чтоб сейчас направить силы на их выполнение, или все напрочь связаны клятвами молчать и собрать воедино подготовленное просто не способны?
У меня в голове был целый ураган безрадостных мыслей, когда со стороны антресольного этажа раздались восторженные крики. Ликование? Свита Драгона натурально кричала и улюлюкала, чему-то безмерно радуясь. Это настораживало. То, что демонам в радость, ангелам трагедия.
Я оглянулась. Донам на другом краю ангельской зоны доставили прессу. Мелкие птахи положили те самые жёлтые свитки на стол сначала перед одним, потом перед другим. Обычно здесь прессу доставляли по утрам. А внеурочно только если происходило что-то крайне важное или сенату требовалось сделать срочное объявление.
Эста заметила мой взгляд:
- Добыть для тебя газетку?
Я кивнула. Она направилась к столу ангелов. Ритуально поклонилась сначала ликторам, потом, подпущенная непосредственно к высокородным, уже им. В поклоне же протянула две ладони, принимая нужный нам свиток.
Официально, для окружающих Эста была моей виликой. Потому что в дружбу между неродственниками и уж тем более между представителями разных каст, крылатые не верили. Они вообще в дружбу не верили. Только семья. А единственная роль, которую донна могла дать в своей свите девушке-смеске, это вилика, домоправительница аллода. Аллода у меня, правда, не было. Но, во-первых, кто об это достоверно знал? Во-вторых, все статусы и роли здесь в академии всё равно были предварительными, потому как настоящие связывались магией и на такую связь студенты получали право лишь с совершеннолетием, то есть по окончанию академии.
За нами наблюдали, так что, вернувшись ко мне, Эста так же поклонилась, протягивая свиток на двух ладонях:
- Читай. Лица у них просто каменные у обоих. Явно что-то стряслось, мало не покажется.
12. Майлз. Дикие смески
=== Майлз:
Карим Иштар пришёл ко мне сам. Сегодня утром после лекции по ментальному влиянию подошёл прямо в переходах и, при свидетелях, отсалютовал как старшему. Странно, что тянул так долго. Уже три недели всем и каждому понятно, что глубинные, наконец, снова приходят к власти. Хаос убит. Ещё чуть-чуть и Творец единолично возглавит сенат. А за его спиной будет стоять мой дед.
Теперь мы сидели на одной из террас, подальше от лишних ушей. Наши ликторы перекрыли подходы к месту нашей встречи со всех сторон. Мальчишка нервничал. Он уже третий раз поправлял манжет своей кандуры и перекладывал руки. Карим учился в академии всего пару месяцев и находился в том самом тревожном периоде, когда юный дон должен поставить себя в обществе равных, доказать свою силу и собрать адептов. Вначале это особенно сложно.