Именно в это время в моей гостиной послышались громкие голоса, а через мгновение в комнату буквально ворвался Карим. На лице его была решительность:
- Ты должен мне помочь!
133. Майлз. Спаси
Иштар, не останавливаясь, прошёлся по комнате сначала в одну сторону, потом в другую. Он весь был на пределе, словно собирался драться:
- Представляешь? Она ворвалась и забрала её у меня. Просто забрала! – Он сделал ещё несколько шагов. – А ещё грозилась меня избить!
Из-за всех своих переживаний я не сразу сообразил, что встречаться сегодня Карим должен был с Эстелой. А значит, «она ворвалась» и «она грозилась избить» – это о Габриэль. Ну, то есть моей невесте. Надо привыкать к этой мысли. Ну… из хорошего – теперь я знаю, почему она не ответила на послание, потому что бегает по академии, вместо того чтоб сидеть дома в столь поздний час. Видимо, соскучилась по своей смеске, когда я ушёл.
- И что конкретно ты сделал, что донна грозила тебе избиением? И кстати, если грозила, почему не избила?
Карим фыркнул и, наконец, сел:
- Ничего. Мы с Эстелой целовались… Ей было приятно! Она улыбалась и шутила… очень смущающе. А потом я сказал ей, что хочу, чтоб она стала моей женой. Ну, раз мы уже целуемся, надо же сказать?! А она почему-то сразу перестала улыбаться, начала мне объяснять, что мне нужна другая жена. Потом вообще попыталась уйти, но я не дал… А потом ворвалась донна Тиния, нарычала на меня, угрожала дуэлью… и забрала мою Эстелу!
На пороге возник Лоренцо. Сегодня он был совсем не улыбчивый. Я бы даже сказал, что сегодня смесок выглядел жёстким и злым. За руку он тащил какую-то девицу, прячущую лицо в шарфе.
- Дон, вы знали, что Эстела девица донны Тинии и её нельзя обижать?! Даже чуточку!
- Я не обижал!
- Не давать девушке уйти, когда она выразила такое желание, это обижать, дон. Кроме того вы вслух признали своей невестой другую девушку, а после сбежали без объяснений.
- Меня грозились избить!
- И уверен, изобьют, если вы вздумаете отказаться от своих слов. После вашего побега Габриэль наткнулась на дона Тиваз, который тоже был слегка не вежлив с одной из моих девчонок, но за него Эстела не просила. Так что могу предположить, Тиваз сейчас поливает кровью пол в дуэльной башне. Своей! Так что забирайте девушку и будьте с ней вежливы.
В комнате как-то сама собой повисла пауза. Карим закрыл лицо руками, поглядывая на меня периодически с немой просьбой «Спаси». Лоренцо хмурился, но, по сути, защищал мальчишку от больших бед. Девица кротко жалась у него за спиной. Моя невеста всех их напугала и … ушла бить громилу Тиваза. Как мило! Во что я ввязываюсь? Ну, зато у меня есть время со всем этим разобраться:
- Для начала оба успокоились. Девушке будет удобно присесть в гостиной. Там есть очень удобный диванчик. У нас будет мужской разговор. Спокойный и обстоятельный. А то пока я ровным счётом ничего не понял.
134. Майлз. Ультиматум
Говорить первым я велел Лоренцо. Он уже более-менее успокоился и по крайне мере на меня снова смотрел с подчёркнутой вежливостью:
- Доминус, около часа назад мои ребята услышали, что в гостиной девчонок, куда пригласили дона Иштара, ругаются. Они пытались выяснить, нужна ли помощь, но Эстела им велела не вмешиваться. Только вот дону Мойра кто-то всё равно доложил, и он явился с Габриэль. А что сделала Габриэль, когда увидела, что её подругу схватил мужчина и не отпускает? Ринулась карать! И разобралась бы жёстче, если бы Эстела не упросила юного дона не бить.
Карим снова выглянул из-за своих ладоней:
- Я ей нравлюсь. Она меня бережёт!
Лоренцо хмыкнул:
- Всё бы, возможно, даже вообще обошлось, но дон начал кричать, что Эстела его невеста и он должен на ней жениться. На что Габриэль потребовала с него официально признать невестой Шатху. И дон Иштар признал.
- Эта дикая небесная угрожала мне дуэлью! А я не терплю боль…
Ход событий, наконец, принял в моей голове вполне чёткие очертания. То есть симпатии смески Карим всё-таки добился. Она с ним целовалась. Но…
- Я правильно понимаю, что замуж за кого бы то ни было донна свою смеску просто не отпустит?
Лоренцо глянул на меня удивленно:
- Да нет, не думаю. Отпустит, если Эстела сама захочет. Только зачем это Эстеле? Со своей донной она свободная революционерка, важная фигура. А кем она будет с доном Иштаром? Шпыняемой всеми женщинами в его доме грязнокровкой? Если бы дон не настаивал, а продолжал целоваться и болтать о бескрылых, девица, глядишь, и влюбилась бы по уши и через месяц другой пошла бы за него по большой любви. Но теперь эта возможность упущена. Теперь только следовать ультиматуму Габриэль и не приближаться к ней, пока Шатха не забеременеет.