- О, какой ты быстрый!
Но и не подумала смутиться или как-то прикрыть наготу.
- Ну, и о чём ты хотел поговорить? Надеюсь, собирался извиняться. Качественно, от души, так чтоб я прочувствовала твоё глубокое, искреннее раскаяние. Это бы сейчас могло помочь. Возможно. Потому как на все остальные варианты у меня не осталось сегодня никаких запасов терпения.
Извинения? Каяться? Впрочем, весь её вид говорил, что она знает за мной огромную вину. Доказанную! Неоспоримую.
А ещё… её руки лежат на бортиках ванны, но к бокалу она не прикасается. Он словно стоит в стороне… Она позвала меня, написала «быстро», налила этот бокал, его видом подчёркивая свой гнев, и велит мне каяться? То есть… она всё-таки видела, как я добавлял яд? Иначе нельзя было бы неоспоримо винить меня… И дала мне время всё обдумать и прийти к нужным ей выводам? С покаянием.
Крайне самоуверенно и хладнокровно… В её стиле!
С другой стороны, в целом-то она права. Я ведь и сам, всё обдумав и поняв происходившее, пришёл к мысли, что яд был ошибкой. Нельзя травить собственную невесту. И сейчас я искренне рад, что она не успела притронуться к этому бокалу. Радовался бы ещё больше, если бы она не смотрела на меня так пугающе… И, наверное, это даже отлично, что она поняла всё сразу. Это значит, что и никто другой к яду не притронулся. Ну да… если, конечно, в результате она примет мои извинения, а не прибьёт меня. Надо сделать, чтоб приняла.
Габриэль поднялась из воды, шагнула в мою сторону, остановившись буквально в шаге. Бокал так и остался стоять на бортике. Прозрачные ручейки стекали по её обнаженному телу, собираясь в лужу у ног…
И как следует просить прощения за то, что пытался отравить ту, которую по всем правилам должен защищать? Какой из ритуалов покаяния для этого подходит? Предусматривают ли правила вообще прощение такого?
Глаза её были холодными. С такими глазами убивают… Впрочем… она вот так же спокойно смотрела мне в глаза, когда ломала мне руку … и с её стороны это было защитой меня. Так что судить по взгляду не стоит… Стоит просто каяться по максимуму.
Я медленно опустился на колени.
- Прости…
152. Арманда. Волшебная благодать
==== Арманда ========
Я была уставшая и злая. Причём уставшая именно морально. Интриги и загадки не моя стихия. Задачки типа «отвадь от подруги демонёнка как жениха, но оставь как источник информации» или «разберись, какого чёрта мир летит в пропасть, если ты вроде как его спасаешь» никогда не входили в список моих талантов. И я, конечно, всё равно пыталась. Иштара запугала, насчёт мира завтра придумаю что-нибудь, чтоб посмотреть крылья всех студентов из кланов нынешних и недавних малых и великих мечей. Не зря же Яннис подчеркнул, что у Игаля с большой вероятностью развитые крылья, потому что у него мать породистая донна и дядя был великим мечом. Про матерей других студентов я вряд ли смогу узнать, а вот поднять список всех собранных мечей, существовавших последние годы, а потом припереть их молодёжь к стенке, чтоб показали мне крылья, могу.
Правда, что я буду делать, когда найду эти самые развитые крылья, пока не понятно. Замуж я ни за кого не собираюсь. Да и, будем честными, никакой приязни от меня крылатый муж не получит. Разве что лишние синяки на теле. Но тут, наверное, нужно решать вопросы по мере поступления. Сначала надо найти этого самого с нужными крыльями хотя бы процентов на 90. А потом уже думать, кого трясти и пытать, как именно этот узор развить до полного.
Успела я, по сути, только залезть в ванную. Благодати себе налила, даже бокальчик коньячный и лед сваяла, но набраться решимости и выпить эту гадость не набралась.
Сущий как-то объяснял мне, как нужно её пить. Выделить в себе одно чувство, желательно продуктивное, и погасить все остальные. Тогда этот напиток пропитывается этим самым одним чувством и приобретает очень яркий интересный вкус. Чаще всего какого-нибудь качественного алкоголя. Но у меня вот это «выделить» без посторонней помощи никогда не получалось. А если в тебе самой бардак, то и вкус в благодати смешивается и напоминает помойку. Гадость!
Впрочем, на её способности восстанавливать силы крылатых это не влияло. Она и тонизирующее, и заживляющее, и общеоздоравливающее средство. В детстве, после травм или сильных стрессов, тётка таскала меня в сквер у церкви, говорила, этот способ придумала ещё моя мать, когда приезжала на каникулы из академии. Воздух в этом сквере всегда был насыщен благодатью. Посидишь там на лавочке пару часов, и усталость как рукой снимало. В академии это решалось проще и быстрее, буквально глотком чистой благодати. И мне он сейчас был очень нужен. Бессонная ночь, куча нерешённых проблем, а утром на тренировке перед Видаром я должна была быть бодрой и собранной. Но…