Мужчина напротив меня преображается, увидев эту картину. Улыбка сходит с его лица, и оно перекашивается в презрении. Смесок принято презирать! И я бы поняла это, если бы не одна деталь – высокородные доны четыре раза в год, на балах, каждый в свою очередь активно кружат вокруг именно таких девиц, чтоб завлечь одну из них к себе младшей женой. Говорят, чистокровные дамы имеют трудности с зачатием, один ребёнок их максимум. У смесок таких сложностей нет. Но к чему тогда презрение?
Эста выглядит очень напуганной. Впрочем, мне известно, что актриса она значительно лучше меня. Вжимая голову в плечи, она обводит зал бегающим взглядом и останавливает его на Рике. Подскакивает и быстро падает на колени перед ним, почти вжимаясь в пол, чтоб не помешать.
- Рик! Я так волновалась ...
Гримасу на лице дьявола сменяет усмешка и ещё что-то, что, кажется, пробирает меня до позвоночника. Самодовольство вот так вдруг… Озарение? Что? Точно… Я ведь заставила его считать себя чьей-то провокацией. В этом случае меня нельзя наказать, но и нельзя полностью спустить мне мою выходку. Это мы с Риком тут дети небесного оптимата, студенты под защитой магии академии. Причинять нам вред чревато – магия возьмёт виру с оптимата, отдавшего такой приказ. Но Эста, по сути, не принадлежит ни одному оптимату, и вся эта защита работает для неё лишь условно. И ни один из глав родов даже не пикнет, если её убьют. Никто не встанет на её защиту!
У каждого здесь сегодня свои замыслы. И никто не мыслит о добре и справедливости для всех. Только о силе для своего оптимата и клана. Напряжение в зале можно резать ножом. Небесные пришли, вовсе не склонив головы. И это чувствуют все… Плюс неизвестно, чья карта – я. А значит! Дьяволу просто необходим устрашающий шаг. Наказание, которое реально не заденет ни один оптимат. Я провинившаяся небесная девочка, пролезшая на собрание взрослых, на собрание мужчин, но наказать меня нельзя. За моей спиной низкородный, но он тоже однозначно небесный ребёнок. Зато, и я уже чётко читаю это в глазах, в том, как он смотрит на мою подругу, наказать можно косвенно - смеску!
Мне больше нельзя ждать лучшего момента. Нельзя дать ему ещё хоть пару мгновений, чтобы созреть в этой идее. Нельзя позволить шагнуть из зоны доступности раньше. Я пришла убить, я давно это решила… Два удара сердца… Чуть вперёд корпусом, руки к груди в блок, плечом по полукругу и прыжок… Так знакомо, движение, отточенное в юности… и моя нога встретила висок самого опасного противника!
Бескрылые не увидят в этом ударе ничего примечательного, им не видны наши крылья. Но все крылатые в зале сейчас смотрят в первую очередь именно на них. Раскрывшиеся за моей спиной алые крылья Габриэля.
Поток контролируется очень плохо. А я думаю лишь о том, что убить крылатого крайне сложно. Только мечом! Старательно сконцентрировав энергию в месте удара… Но этот меч… ангельский меч в реальности можно сформировать не только в ладони. Можно в любой части тела, которой ты сможешь ударить. Обучен ударить! А меня до 18 лет, так получилось, учили бить именно ногами. И это был он самый, удар Великим мечом Габриэля. Я вложила его в привычный и подходящий под ситуацию удар. Причём вложила столько, насколько боялась за подругу. В итоге… голова моего врага лопнула как перезрелый помидор… каменный пол и край ковра забрызгало кровью…
…Боковой прямо в подставленный висок, вышибая эту мину превосходства, стирая её со всей яростью. Вот она, грань моей человечности!
Мне на лицо тоже брызгает кровь. На лицо, на руки… Кровь дьявола, чей меч ещё успевает чиркнуть полным кругом примерно на уровне сердца противника моего роста, но я не приземлилась туда… не рассчитала силы прыжка… переборщила! Меня закручивает чуть сильней в момент столкновения и бросает в сторону.
26. Арманда. Закрытая дверь
Боковой удар встречает голову противника… и не останавливается. Слишком много вложено силы! Меня закручивает моей же инерцией и бросает под ноги боевикам, больно в почти не прикрытый бок, сбивая их совсем не мягкие тела, и прямиком в одну из колонн. В последний момент я лишь успеваю сгруппироваться, выставляя ладони и концентрируя в них силу.