Он в ответ промолчал. Прошла минута, другая. Он просто молчал. Я не слышал его, но чувствовал, что он рядом. Просто стоит и ждёт. Чего? Моей паники?
Повязка на глазах стала плотнее. Боится, что я его узнаю? Так я и по голосу узнаю. А значит, говорить он не собирается. Тогда зачем всё это? Что он задумал? Не дуэль, не разговор, тогда… убийство? Убить меня каким-то неочевидным способом?
Именно в этот момент он зачем-то взял в руки мои волосы. И это было более чем странно. Что он с ними делает? Через волосы можно отравить? Проклясть?
- Дон, хочу напомнить, что за жизнь ученика, убитого в академии, его оптимат возьмёт виру на свой выбор. Вы уверены, что я этого стою?
Он усмехнулся. И по этому смешку стало абсолютно понятно, что он уверен в том, что не понесёт наказания. А ещё, что он даже ближе, чем я думал. Стоит прямо рядом со мной. Невероятно близко…
В следующий момент его пальцы по-хозяйски коснулись моей щеки. Я отпрянул. Он, хмыкнув, опустил руку ниже на шею. Мягко, не пытаясь причинить боль… Он меня гладил! Очень собственнически, неторопливо и без единого слова. Меня, высокородного, ещё вчера бывшего на волне влияния, трогал как последнего смеску, доступного похоти всякого, кто окажется сильней. Унижение. Как наглядно!
Вот только… у спектакля нет зрителей. Тогда для кого он? Как он собирается донести этот акт унижения до публики?
Честно говоря, самообладание уже начинало покидать меня. Я никогда не попадал в такое… И уже абсолютно не понимал, чего от меня хотят.
А мой пленитель продолжал молчать. Он просто положил свои ладони на мои плечи, а потом медленно повёл их в стороны. Очень медленно и явно… наслаждаясь?
И вот это испугало меня даже больше, чем опасность убийства. Потому что оно было по-настоящему. Не игрой, не студенческой шуткой. Мужчина передо мной желал меня. Жаждал! Его страсть обжигала, пронизывала, завораживала. Зрителей не было потому, что он не жаждал меня унизить. Он жаждал мной обладать!
И это было катастрофой. Потому, что желающий унизить, получит своё и отступит. А тот, кто по-настоящему жаждет обладать, не отступит. Получит своё, а потом придёт снова и снова.
Ладони, скользящие по моему телу, сжимающиеся на моих бёдрах пальцы… Он, смакуя, медленно распустил шнуровку на вороте, играя на открывающейся коже пальцами. А когда его ладонь легла на мою обнажённую грудь, я услышал его возбуждённое дыхание.
Гадство… Успокоиться. Не показывать панику! Искать решение. Он явно не убьёт меня, просто… получит то, что хочет. А потом я вычислю его и убью!
Ладонь у него была небольшая и шершавая – боевик. Ещё минус половина моих врагов.
Мои переживания активировали защиту на одежде. Но… руны, пропитанные клановой магией, он, кажется, и не заметил. Они просто стекли по его защите. Он точно не студент! На студентах такой защиты нет. Преподаватель? И именно сегодня в академии море новых взрослых лиц. Гадство!
Его руки по-хозяйски стиснули мои бёдра, огладили зад. А потом он, уже совсем потеряв всякий стыд, наклонился к моей груди… Я чувствовал его дыхание кожей.
Успокоиться! Не выдавай паники. Анализируй! Он… он явно ниже меня ростом. И на нём нет головного убора. Ниже ростом? Ещё минус какое-то количество подозреваемых. Сколько, уже не знаю. Мыслей нет… В сознании бардак.
По моей щеке прошёлся чужой язык. И это было уже совсем за гранью. Я изо всех сил дёрнулся, пытаясь ударить. Уже не думая ни о чём. А он лишь хмыкнул и резко, сильно схватил меня за волосы. Повелительно намотал косу на кулак.
Не выдавать панику! Вычислю, найду и убью мерзавца. Как вычислю? У него очень сильная рука. А вторая продолжает шарить по моей груди и шее. Жадно. Ввергая своими прикосновениями в смятение.
Никто никогда не прикасался ко мне с таким желанием. С таким обжигающим стремлением владеть именно мной без остатка. Я никогда не испытывал даже мимолетного интереса к мужчинам, но сейчас, чувствуя на себе эти требовательные руки, этот взгляд, который я буквально ощущал кожей… я усомнился в себе. Убью! Я подумал, что, возможно… выкажи он мне эту страсть иначе, при иных обстоятельствах, и я бы не устоял. Разве можно вот так желать? Так открыто?
Его дыхание замерло напротив моего лица. Он что? Он? И я был готов кричать:
- Не смей!
И … он послушался, развернул меня за волосы и с силой поцеловал в шею. Просто в шею. Как клеймом припечатывая этим поцелуем. Простреливая насквозь ощущением. А потом… отступил.
Без прощаний. Мгновение и я услышал его быстрые удаляющиеся шаги. Звенящая тишина, бешеная дробь моего собственного сердца и собственное же сбитое дыхание.