Мы с напарником сидим на заднем сидении, молчим. Стыдно перед этими молодыми мальчишками, им-то невдомёк, что на кону не город стоит, а бутылка коньяка, пусть даже ящик, но что уж теперь делать… Раз ввязались, надо играть свою роль.
И что вы думаете? Успели-таки менты нас довезти за 40 минут. Пролетали на красный свет только так.
Лихо подкатили к воротам НИИ, и мы, продолжая играть спектакль, бегом к проходной. Федор Иваныч замешкался на секунду. Важно так говорит сержантам
— Я сообщу о вашей помощи в ЦК партии. Спасибо товарищи! Ваши фамилии?
Менты вышли из машины, вытянулись, отрапортовали. На лицах соответствующее выражение, типа "Служим Советскому Союзу!". Надеются на государственные награды.
Собрались мы у бюро пропусков. С одной стороны хохот распирает, с другой стыд. Солидные люди, учёные и, вдруг, такое мошенничество устроили.
Если это вылезет где-то наружу, сраму не оберёмся.
Укоризненно смотрим на нашего академика, а он плечами пожимает
— Мы способ, которым я решу проблему, не оговаривали. Я что сказал, то и сделал. Коньяк за вами. А если эти молоденькие милиционеры где-то что-то и вякнут — кто им поверит? Предотвратили уничтожение города от взрыва синхрофазотрона? Или генератора Ван дер Граафа или лейденской банки на которой забыли килограмм плутония? Хи-хи…
Вот такая история была…
Я не удержался
— Игорь Леонидович, а вам не жалко такое ноу-хау раскрывать? Эту ж идею до сих пор можно использовать в подходящих случаях.
Профессор хитро прищурился
— Умные люди не должны повторяться… Да и риск есть попасться на таком детском розыгрыше. Вдруг тебе попадётся кто-то умный, кто в школе не спал на уроках? И догадается о подтексте спектакля. Нельзя эксплуатировать многократно только одну хорошую идею, даже если она и удачна.
— А как же тогда понятие "прецедента"? — подключилась к разговору Татьяна.
— Прецедент и способ решения проблемы — совершенно разные вещи! Ведь что такое прецедент? Это некий случай в прошлом, служащий примером или оправданием для последующих случаев подобного рода. В основном, это относится к судебной практике. Когда судья оказывается в затруднительном положении по части вынесения приговора, то на свет божий иногда извлекается запыленное дело столетней давности, в котором при внешне похожих обстоятельствах, было принято то решение, которое СЕЙЧАС устраивает всех. Ну, или самых влиятельных участников процесса, которым нужно только чётко определённое решение и видимость его обоснования.
Игорь Леонидович увлёкся, начал жестикулировать, рисуя в воздухе какие-то фигуры, долженствующие объяснять отношения и связи объектов, интересы субъектов. Мы, поддавшись его настрою, согласно кивали.
Маршавин будто бы вновь оказался в студенческой аудитории и читал нам лекцию.
Вдруг, он остановился, задумался на секунду и продолжил
— Хотя, в жизни, конечно, по-разному бывает… А вот способ решения проблемы, да ещё способ новаторский, неочевидный, это нечто совсем другое… Это действие или система действий, которые выбираются и применяются для выполнения какой-то работы, достижения какой-то цели. И, вполне возможно, далеко не самыми высокоморальными средствами, — профессор ухмыльнулся, — как, например, в той истории, которую я вам рассказал. Согласны?
Говорухина легонько сжала мне руку и с невинным видом возразила
— Так если до вашего академика никто не применял подобного способа добраться ночью до гостиницы, разве нельзя этот случай назвать прецедентом?
Профессор снисходительно улыбнулся с видом "вот ведь упрямая какая", вздохнул, на его лице появилось доверительно-понимающее выражение — так обычно в споре с детьми взрослые идут им навстречу. Игорь Леонидович потёр бровь, для виду задумался и будто бы изумлённо заявил
— А ведь знаете, Таня, вы, наверное, в чём-то правы! Я, старый веник, вовремя не сообразил. Привык к точным формулировкам из энциклопедий и справочников, но ведь они не могут предусмотреть всех возможных вариантов жизненного многообразия! Прошу прощения у дамы!
Профессор остановился и церемонно наклонил голову. Он достаточно ловко и деликатно вывернулся из образа оракула и сухаря-педанта.
Татьяна, царственно кивнув, приняла извинения, и мы все расхохотались.
Громче всех смеялся сам Маршавин
— Это мне на будущее полезный урок. Чтоб не увлекался лекциями в светском обществе. А то, как привык вещать по памяти статьями из учебников среди студентов, так до сих пор отвыкнуть не могу. Вот зараза!