Проснулась она неприятно и резко, словно кто-то вдруг поставил ее на ноги и забрал опору. Она спрятала крылья и переоделась, сходив в душ.
Легкое платье из черной струящейся ткани едва прикрывало края чулков, а алые завязки и бантики сделали из нее почти куколку. На одну руку надела короткую перчатку, на другую — длинную, из сеточки. Лёгкому наряду довольно сильно противоречили тяжелые ботинки, выдавая опасность. Окинув себя придирчивым взглядом, ока кивнула.
Проводник вдруг покраснел и потянул в нужную сторону. Остановился возле трона демона и она стала на то место. Публика медленно собиралась, зал заполнялся галдежом. В центре, куда никто не стремился, на коленях стоял один из генералов и его прихвостень.
Долгая речь Хозяина только вымучила ожиданием. Для публики — ожиданием крови, а для провинившегося — смерти.
Генерал, хотя уже бывший, с ненавистью смотрел на девушку, стоящую по правую руку.
— Признаешь вину?
— Нет. — Виновник усмехнулся.
— Акимера, убей их медленно.
В тонкой руке девушки опасно мигнула коса. Шаг сопроводился тихим звоном бубенца на ботинке, но показалось, что где-то рядом прошло что-то жуткое.
Первая атака скорее запугала демона, но тонкая полоса крови а руках твердила обратное. Не теряя времени, жертва залечила рану. Прихвостень замер, разглядывая очаровательную девушку не то с испугом, не то с восхищением...
Она медленно танцевала, раня тонкой косой не только руки. Вскоре одежда стала напоминать лохмотья.
— Ну же, лечи себя, иначе умрешь раньше, чем хочется...
В голосе звучала насмешка, немного кровавого веселья и абсолютное спокойствие. Теперь ее коса срезала небольшие кусочки кожи, иногда с мясом. Когда демон напал, она ловко извернулась, отрезав клапоть от макушки и от спины. Он почти сразу осыпался пеплом, а у демона, спустя некоторое время, началась агония. Он кидался, теряя по кусочку от своего тела, рычал, брызжа слюной.
Когда Трильерт очнулся и кинулся, пытаясь оглушить девушку, она легко и просто отрезала ему кончик носа. Коса в ее руках запорхала, легко срезая куски тела и в один момент генерал просто рассыпался темным липким прахом. Второй, как более целый, испуганно взвыл и кинулся в толпу, но коса его разрезала пополам, обернулась немного растерянно и расстроено, словно обиженный ребенок.
— Извини, второй не хотел со мной играть...
— Ничего. Все свободны. — С поклоном толпа стала расходиться, обсуждая убийство, словно обычное дело. Акимера убрала косу и та исчезла. Демон поманил к себе пальцем девушку, та подошла. Неожиданно упала на колени демоница.
— И-извин-ните, Х-хозяин... Я... Я жена у-убитого. Разрешите мне о-очтаться и вер-рно с-служить вам д-дальше. Я не зн-нала о п-планах м-мужа...
— Врет... Это она ему предложила... — Демоница точных слов не услышала, только поняла, что обман раскрыт.
— Хочешь и дальше мне служить? Хорошо. Станешь игрушкой для драконов. Навредишь им — о смерти будешь только молиться. Ясно?
Женщина испуганно закивала. Тебе выдадут одежду и цепь. Не волнуйся, в логове драконов тепло... Иди.
Кажется, не этого хотела демоница, но, боясь вызвать гнев, убежала. В одно мгновение демон оказался на кровати, полулежа, удерживая на себе сидящего ангела. Она смутилась, попыталась слезть, но сильные руки не позволили.
— Странно, что ты смущаешься после той ночи, когда сама едва меня едва не принудила. — Румянец смущения залил лицо от слов демона. — А ведь это после порки!
Явно смеясь над смущенной девушкой, он стал расстегивать рубашку, от чего у Акиты покраснели уши. Затем он потянулся к ее платью.
— Сними верх, иначе порвешь. Будет жаль, тебе оно подходит.
— Что ты задумал?
— Наградить за проделанную работу. Пей, пока не остановлю.
Акита медленно нагнулась и мягко прокусила кожу. В крови демона было столько силы, что она почти опьянела. От всего трех глотков она насытилась, но жесткая рука не позволила оторваться и она послушно продолжила пир.