Стражник поднял голову, да так и застыл, загипнотизированный драконьим взглядом. А Базил не церемонился. От мощного пинка дракона воин пролетел почти пятнадцать футов. Толпа застонала.
Остальные стражники заколебались. Они не ожидал что эта рептилия так лихо бьет ногами. Если уж на то пошло, они вообще не рассчитывали с ней сражаться.
Дракона должны были пронести на шесте, крепко связанного, поднять наверх и там смешать его кровь с кровью других жертв к вящей славе Богини. Пока они думали, бронзовый столб прикончил еще пару человек. Стражники начали отступать. Кое-кто бросился наутек.
Пара смелых горожан, вооруженных церемониальными мечами, попробовала напасть на друзей с тыла. Релкин схватился с одним из них, одновременно выкрикнув предупреждение дракону.
Не оборачиваясь, Базил встретил его ударом зажатого хвостом меча. Мужчина смело пошел вперед, но уже через несколько секунд дракон выбил у него из рук клинок, проку от которого все равно было бы немного. Обезоруженный, мужчина отступил.
Его товарищ рубился с Релкиным, но тоже предпочел скрыться в толпе, как только у него над головой просвистел хвостовой меч Базила. Больше желающих присоединиться к драке не нашлось.
Не встречая сопротивления, герои поднялись до третьего уровня. Лишь один-единственный страж пытался преградить им путь. Релкин свистнул, привлекая его внимание, и жестом предложил ему смыться. Стражник заколебался, но тут Базил многозначительно поднял свою импровизированную дубину. Подобный метод убеждения оказался достаточно действенным.
Между тем Релкин заметил, что Базил очень тяжело дышит. Усталый, давно не евший и не пивший дракон мог запросто перегреться. Рептилии вообще довольно чувствительны к недостатку влаги. И тут, как нарочно, на глаза юноше попался небольшой бочонок, любовно установленный на крестовине, с висящими под ним кружками.
– Минуточку, Баз. Скажи, тебя тоже мучит жажда?
Дракон не колебался. Подхватив на две трети полный бочонок, он одним ударом когтистой лапы пробил в его стенке здоровенную дыру. Сделав большой глоток, он отлил немного в кружку для своего драконира.
Напившись, они двинулись дальше, по верхнему ярусу. Отброшенный драконом пустой бочонок с грохотом катился вниз по лестнице.
К этому времени удивление старших жриц сменилось откровенным ужасом. Они бросились к выходу, но верхний ярус был невелик, и выбраться с него казалось не так-то просто. К тому же все спуски были забиты толпами насмерть перепуганных аристократов.
Полминуты спустя друзья выбрались на самый верх. Перед собой, в центре храма, они увидели невысокий алтарь. Семь медных зеркал собирали на нем свет полной луны. Здесь, если бы не помощь Миренсвы, Релкину и Базилу суждено было бы умереть во славу кровожадной Богини.
Рядом с алтарем, не в силах двинуться с места от страха, застыли несколько жриц.
– Где Лагдален из Марнери? – крикнул Релкин. Вытаращив от ужаса глаза, жрицы молча глядели на чужеземцев, подходящих к ним с оружием в руках.
– Глупый мальчишка, – буркнул Базил. – Они говорят на своем языке и не понимают твоего. И в этот миг Релкин узнал одну из жриц.
– Вот эта, – сказал он, – в черном. Я говорил с ней в Селпелангуме.
Он не ошибся. Это и в самом деле была принцесса из белой кареты.
– Ты – та самая принцесса, что говорила со мной в Селпелангуме, – сказал Релкин, подходя вплотную к Зиттиле.
Та глядела на него ничего не понимающим взглядом. Мир рухнул. Этот мальчишка явился как воплощение самого страшного демона ада.
– Я знаю, что ты понимаешь язык Аргоната. Я знаю, что ты понимаешь мои слова.
Губы Зиттилы шевелились, но вслух она не могла произнести ни слова.
Вражеский флот уже причаливал к берегам Острова. Жертвы принести не удалось. Торжественная церемония пошла прахом. Скоро вражеские армии ворвутся в пирамиду и уничтожат всех и вся. Храм Великой Богини будет осквернен.
– Где Лагдален из Тарчо? – наклонившись к самому лицу Зиттилы, повторил Релкин.
Жрица слева незаметно достала из-за пояса короткий серебряный кинжал. Но ее движение не ускользнуло от пристально следящего за женщинами дракона.