- Как ты можешь быть настолько деспотичным? Мой отец умирает, он хочет видеть меня, Ричард одумайся, что ты делаешь? - меня вновь накрыла волна отчаяния. Что если я не успею? Слезы устилали мое лицо от пережитого шока и отчаянной попытки добиться жалости у монстра.
- Меня совершенно не волнует твой отец, да и какая месть может быть лучше чем оставить убийцу родителей умирать в одиночестве? - зло выкинул тот. Он все еще верил что мой отец организовал бунт, а потому желал отомстить любым способом. Прежде чем успеть еще раз подумать я упала на колени. Последняя попытка. Меня совершенно не волновал стыд или что он может подумать обо мне, я только хотела переубедить Ричарда и выпросить свою свободу, хотя бы на несколько часов..
- Прошу тебя, пожалуйста. Я согласна на все что ты хочешь от меня, только дай мне возможность проститься. - мои слезы лились не прекращаясь и закрыв лицо руками я пыталась хоть как то себя утешить - Умоляю, Ричард! - в последний раз выкрикнуло мое глупое сердце..
Его молчание все больше резало мне душу и когда я вовсе отчаялась получить милосердие и снисходительность, я услышала заветное для меня слово:
- Иди.
Глава 11 Проще/ание
Насколько это возможно, я немедля выбежала из покоев Ричарда и не обращая внимания на озадачившихся моим побегом слуг, прямиком направилась к отцу. Меня совершенно не волновало как я выгляжу, и могу поспорить я выглядела ужастно: растрепанные волосы, заплаканные глаза и разорванная на части душа. Не было времени подумать еще раз о Ричарде и о том что могло бы произойти если бы Адам не постучал в ту злосчастную дверь. Мои чувства к нему смешались в одно непонятное месиво, я боялась его, ненавидела и презирала. Никакого положительного аспекта, было ли мне его жаль? Нет. Возможно до сегодняшнего дня я все еще верила в его искренние намерения добиться справедливости, но после всего что он сделал мне, мог сделать Лизи и намеревается сделать Рузеку, я вовсе не сомневалась - Ричард навсегда останется моим главным врагом..
Покои отца были открыты для посетителей и внутри уже находилась Лиза. Вероятно ее разбудили чтобы попрощаться с папой. Тихонечко сидя на его кровати, она, однако, со скучающим видом и иногда зевая не могла оторвать глаз от своих туфель. Да, было уже поздно, но ее поведение меня однозначно расстроило. Отец, так и не приходивший в себя за все это время, только сильно ворочался и иногда издавал звуки похожие на мычание. Иногда он резко выкрикивал мои имя от чего Лизи начинала креститься и бормотать молитвы. Ему снилось что то плохое и я никак не могла помочь..
Вскоре привели Марка. Он оказался не таким сонным как его сестра и тут же запрыгнув на кровать, как обычно начал рассказывать папе о своих игрушках. Тот же, так и не произнеся ни слова, продолжал пугать нас скорой кончиной. Просидев в давящем ожидании еще около получаса, я отослала Маркуса в его спальню, и сразу после него Лизи, растирая сонные глаза попросила позволения удалиться. Видимо слуги ошиблись и приняли выкрики короля за его последние часы. Уже несколько месяцев он находился в постели не вставая. Лекари не знали ничего лучше как просто пускать кровь, но даже это не помогало. Поначалу его состояние не было настолько плачевным и мы все надеялись на его излечение. Но когда отец перестал есть и не приходил в сознание по несколько дней, я поняла что скорее всего нас всем нужно готовиться к его скорой кончине. Даже обстановка его комнаты поменялась. Из светлой, устланной утренним светом, опочевальни, она превратилась в печальную, угнетенную болезнью и окутанную предстоящим горем комнатку. Все в ней напоминало мне о несчастье. Здесь не могли рождаться светлые мысли, но только боль и печаль. Плотно укутанная в шторы, не пропускающие дневного света и жизни..
Когда папа совсем утих, я, осторожно опустив книгу на диван, направилась к выходу, но неожиданно меня остановил его тихий голос.
- Виви, это ты? - совсем глухой, еле слышный вопрос пронесся по комнате будто раскат грома. Я так давно не слышала его ясной речи! Совсем бледный он будто очнулся от кошмара и ворочаясь на кровати, пытался сесть у изголовья. Его тонкие, измученные от болезни и голода руки не могли справиться с одеялом и я ринулась к нему чтобы помочь.
- Папа, как вы? О Боже.. - радость и слезы смешанные воедино не давали мне произнести и слова. Вновь накинулись тревожные мысли, что не давали покоя все эти месяцы, но я как могла старалась отвлечься от них ввиду такого неожиданного подарка. - Как же мы испугались за вас, отец! Столько всего произошло в ваше отсутствие.. Но не будем об этом, вам нельзя беспокоится. Хотите воды или.. Я прикажу слугам сейчас же приготовить вам что-нибудь поесть. - я уже вознамерилась покинуть кровать больного что бы озадачить слуг, но рука отца остановила меня.