— Какие проблемы? — лучезарно улыбнулась Катерина и, подцепив черную телефонную трубку, закрутила заедающий диск. — Гена? Я! Как только довезешь девушку домой, гони в спортивный магазин и купи мне велосипед… Нет, два велосипеда!
Даша обескураженно хлопнула глазами.
— Второй — мне? — вопросительно выговорила она. — Да ты просто супер! Просто землепотрясная баба! Ой… — заметалась по комнате Землепотрясная. — Прости, — встав на карачки, она вытащила из-под дивана Катину сумочку и поспешно стряхнула с нее гипотетическую пыль. — Я вчера специально ее прихватила, боялась, что потеряется. Только мы отсюда чуть-чуть денег взяли, чтобы с таксистом расплатиться.
— Нормально, — успокоила ее Дображанская. — У тебя, вообще, с деньгами как?
— Никак, — неприязненно пожала плечами Даша. — Глубокая финансовая депрессия.
— Держи. — Перекладывая необходимые вещи из вчерашней сумки в сегодняшнюю, Катя выгребла из вчерашнего кошелька весь золотой запас и протянула его ей. — Это вам с Машей на текущие расходы. Мы же теперь все в одной лодке, верно?
— Верно… — Даша вылупилась на нее, как на картину «Явление Христа народу».
Метаморфоза, произошедшая с монструозной Катей после удара головой о бетон, казалась ей еще более невероятным чудом, чем полуночные полеты на метле!
— И купи себе нормальную одежду. Тут бутик «Сафо» рядом. Ты ж в этом на улицу не выйдешь…
Даша растерянно оглядела собственное неподобство: минималистическую юбку, безнадежно разорванную во время головокружительного кульбита в окно музея, в комплекте с майкой-топом, треснувшей под мышкой по шву и, по правде говоря, уже сильно попахивавшей потом. Волшебные свойства «дезодоранта» с экстрактом Тирлич-травы явно не включали в себя функцию антиперспиранта.
— Но, — заколебалась Даша, — Муся может позвонить в любую минуту.
— А я тебе свой мобильный дам. — Катя искушающе затрясла в руке свой вновь обретенный телефон с титановым корпусом и кнопочками из чистого золота.
— Так она же его не знает! Только этот, — огорченно ткнула Чуб в местный аппарат. — А мы даже домашний ее не спросили. Вот дуры!
— Ничего, если Маша объявится, я тебе сразу перезвоню, — сладко заверила ее Катерина.
— Нет, — решительно отказалась от магазинного соблазна Чуб. — Не буду я сейчас по бутикам шоппинговать. У Маши отца повязали. А она — моя единственная подруга. Вдруг ей помощь понадобится. Да я все равно собиралась в клуб за своим шмотьем ехать. Кстати, о клубе…
Даша торопливо вернулась к книге.
— Чер… — Катя спешно ударила себя по губам, прихлопывая последнюю букву.
«Вырубить ее к черту? — недобро подумала она. — Но ведь, оклемавшись, эта соска поймет: я теперь вне команды».
«Не подавайте виду, будьте любезны с ними…» — увещевающе напомнил ей голос Черта.
Но получалось: либо «не подавайте виду», либо «не должны пользоваться ею»!
Дображанская медленно сжала кулак, мысленно рассчитывая траекторию своего нелюбезного удара.
— Понимаешь, — доверчиво заворковала Даша, — мне одного кекса приворожить надо. Я от не фиг делать поспорила, что соблазню его до шестого вечера. А он во-още голубой!
«Че-че? — потрясение подняла брови Катя. — На „мерседесе“ поле пашем!!!»
Использовать книгу Власти, за право лишь взглянуть на которую обгоревший иностранец Адриан готов был заплатить пятьдесят штук без торга, ради такой офигительной ерунды!
«Вот идиотка! Детский сад, вторая четверть!»
Катины пальцы вмиг обмякли, а настроение снова стало безоблачно-сладким и предотпускным. Даже если эта дура-Даша приворожит оптом всю голубую шоблу Киева, как ее идиотская победа может повредить ей — истинной — К. Д.?!
— И когда ты туда собираешься?
— Да как только, так сразу! — отозвалась восторженная дура. — Только найду что-нибудь подходящее. Так ужасно жалко мопед отдавать… Ну, и Мусиного звонка дождусь, конечно.
— Думаю, если она не объявится через час, тебе нужно ехать к ней самой, — назидательно сказала Катя.
— Верно, — затрясла головой Чуб. — У нее ж мой мотик в подъезде припаркован. Получается, так и так надо!
Нимало не смутившись предыдущими неудачами, Изида Пуфик бескомплексно прыгнула Даше на колени, продолжая громко и радостно урчать.
— Ну и нахальная животина! — в сердцах завопила Чуб. — Ее скидывают, как мешок, а у нее даже настроение ни на секунду не испортилось!