Кызыл-Арслан не обращал внимания на их козни. Сравнивая различные переводы Корана и религиозные книги, толкующие Коран, он пытался доказать, что именно Коран повинен в расколе и распрях исламского мира.
Однако его старания не принесли ему ничего утешительного, ибо духовенство, считавшее, что новая политика направлена исключительно против них, мешало ему заручиться поддержкой народа. Больше того, реформы Кызыл-Арслана имели много противников и среди народа. Темные, неграмотные люди начали называть Кызыл-Арслана вероотступником.
Основная ошибка Кызыл-Арслана заключалась в поспешности. Вместо того, чтобы постепенно проводить в жизнь свои разумные реформы, он задумал разом ликвидировать законы, имеющие традицию тысячелетней давности. Он не принял во внимание, что обычаи, узаконенные религией, невозможно изменить фирманом, который представляет собой всего-навсего бумажку, пусть даже украшенную печатью хекмдара.
Вторая большая ошибка Кызыл-Арслана состояла в том, что, замышляя реформы, он хотел пойти путем, которым в свое время шел халиф Мамун, и начал с того, что заговорил о несоответствии корана условиям тогдашней жизни. Эта мысль была сама по себе очень верная, ибо фанатизм во всех его уродливых формах всегда опирался на Коран, находя в нем свое обоснование. Но разве могли это понять темные невежественные люди, отравленные ядом религии? Мысли Кызыл-Арслана были непонятны им, а потому чужды.
Если бы Кызыл-Арслан повел борьбу сначала с отдельными вредными обычаями, опирающимися на Коран, он мог бы найти себе сильных сторонников среди шейхов враждующих между собой сект,
Если бы он пошел по этому пути, Коран постепенно терял бы свою силу и значение, ибо Коран не может обойтись без ереси и фанатизма. Жизненность Корана заключается именно в том, что его всякий раз по иному толкуют и, запутывая в нем все, даже самое простое и обыденное, превращают в нечто сверхъестественное и божественное.
Исламское духовенство хорошо понимало, что из Корана невозможно будет извлечь выгоду, признав его как историческое произведение или дастан о жизни народов. Ясно, Коран не заключал в себе законов и идей, с помощью которых могло бы жить цивилизованное общество, ибо Коран был временным оводом законов для людей примитивного общества. Для того, чтобы, этот свод законов не изжил себя, надо было исказить его и доказать его божественную сущность, переосмысливая в нем каждую, строчку.
Так родились ересь, фанатизм, различные исламские толкования, а отсюда уже борьба сект.
Кызыл-Арслан мог бы достигнуть успеха, если бы начал проводить реформы снизу, постепенно, привлекая на свою сторону простой народ. Но он хотел сразу сокрушить исламскую веру и потому не мог выйти победителем.
Представители духовенства, жалуясь в своих посланиях халифу на действия Кызыл-Арслана, писали: "Азербайджан заражает весь Восток безбожием!"
В конце-концов на попытку проведения реформ Кызыл-Арслана начали смотреть как на дьявольское наущение. Этим воспользовались враги Кызыл-Арслана. Многие духовные лица, бежавшие в соседние государства, создали там политические организации, направленные против Кызыл-Арслана. Иноземные хекмдары оказывали щедрую денежную помощь этим "защитникам веры", используя случай вмешаться в дела империи азербайджанских атабеков.
Появились специальные религиозные трактаты, порочащие реформистские попытки Кызыл-Арслана. На помощь улемам опять-таки пришел коран, в котором они вычитали новые откровения и мысли, призванные очернить действия энергичного хекмдара.
Попытки Кызыл-Арслана провести реформы не могли увенчаться успехом еще и потому, что основой государственного строя по-прежнему оставался абсолютизм.
Несмотря на ошибки Бабека, надо признать, что путь, по которому он шел, был наиболее верный. Чтобы достичь успеха в деле проведения реформ в каком бы то ни было восточном государстве, где господствуют ислам и абсолютизм, следовало идти только путем Бабека.
Несомненно, Бабек понял, что религия и государственный строй, где основа - абсолютизм, - это кровные братья, и поэтому повернул свое оружие и против религии, и против правительства. Бабек знал: не свергнув власти правителя, нельзя победить религию.
Кызыл-Арслан не мог, обнажив меч, поразить им самого себя же. Он оказался бы победителем лишь в том случае, если бы был способен изменить в корне весь государственный строй.
На это не мог пойти в IX веке халиф Мамун, не пошел на это и Кызыл-Арслан.
Халиф Насирульидиниллах не мог оставаться равнодушным, глядя на действия Кызыл-Арслана. Он написал ему суровое письмо:
"Уважаемый хекмдар!
Элахазрет султан Тогрул утвержден нами владыкой Азербайджана, Ирака, Персии и Рея. Повелитель правоверных предоставил только ему полномочия вершить делами в этих государствах и заниматься реформами.
Ваши войска заняли Хамадан и подступили к границам Арабского Ирака. После этого Вы начали осуществлять всевозможные реформы. Мы не можем назвать это иначе, как бунтом против ислама и повелителя правоверных.
Результатом Ваших предательских действий явится то, что Вы будете лишены власти в государстве азербайджанских атабеков, власти, унаследованной Вами как представителем рода атабека Эльдегеза.
Вы сделали попытку устранить в Хамадане и других городах салтаната шариатские суды и сместили с постов многих духовных лиц.
Вы не имели права вмешиваться в дела, подвластные только нам, халифу багдадскому.
В ответ на Ваши действия я хочу отлучить Вас от веры и запретить Вам жить в государствах халифата. Вам придется искать себе приют на земле гяуров.
Я слышал, Вы оскорбили духовенство и знатных лиц Хамадана, лишив их принадлежащего им имущества.
Собственность приверженцев исламской веры священна и неприкосновенна. Вы не должны были этого забывать.
Получив мое письмо, Вы должны, не мешкая, вернуть рабам Аллаха все их добро.
Приказываю Вам освободить всех, кто был Вами арестован, а те, кто были сосланы, должны вернуться на родину.
Вы должны заплатить цену крови наследникам тех, кого Вы приказали вздернуть на виселице за их приверженность религии, своей родине и своему падишаху.
Ваше вмешательство в дела казны заслуживают самого строгого порицания. Охрана казны поручается самому справедливому и набожному человеку, то есть падишаху страны.
Падишах пользуется покровительством халифа, а халифу покровительствуют святой пророк Мухаммед и всевышний Аллах.
Священный Коран обеспечивает неприкосновенность прав, которые предоставлены повелителем правоверных падишаху.
В течение недели по получении этого письма передайте свое войско в распоряжение законного падишаха, а сами уезжайте за пределы исламских государств.
Если Вы посмеете ослушаться моего приказа, я двину на Хамадан свои войска. Вы и Ваши сторонники будут схвачены и казнены как враги веры.
Повелитель правоверных Насирульидиниллах.
Багдад. Десятый день месяца Шабана",
Письмо халифа было доставлено в Хамадан особым посольством из десяти человек.
Прочитав письмо, Кызыл-Арслан обратился к Фахреддину:
- Я считаю, султан Тогрул непричастен к этому письму. Несомненно, оно написано только по настоянию духовенства, Гатибы и ее друзей, иноземных приспешников, которые добиваются раздела нашего государства. Если бы халиф не прислал мне этого письма, возможно, я отказался бы от мысли захватить Багдад. Но, если я сейчас не придам значения письму повелителя правоверных, он обнаглеет еще больше. Надо проучить халифа и показать ему его место. Очевидно, он еще не знает, что время халифов миновало. Стоит мне захотеть и он завтра же уступит свое место другому. Не надо торопиться с ответом на его письмо, мы должны все хорошо продумать. А пока организуем щедрый пир в честь посланцев повелителя правоверных, которые привезли это письмо. Устрой смотр войска, которое находится в Хамадане и его окрестностях. Пусть багдадские гости посмотрят, какой силой мы располагаем.