На просторную поляну среди деревьев стекался народ со всей деревни, в центре уже разгорался самый большой из костров, через который могли пройти лишь взрослые. Тихо играли дудочки, барабаны еще молчали, но уже совсем скоро люди бросятся в пляс и зазвучит тогда музыка во всю свою силу. Девушки застенчиво смеялись, бегали вокруг, цепляя других своими длинными распущенными волосами. Счастливчиком был тот, кому удастся вытянуть из них ленту и повязать ее избраннице на запястье. Менее проворным оставалось надеяться, что над ними сжалятся, когда дело дойдет до действия.
Ударил первый барабан, Вес притянул к себе поближе Шарпу, обнял ее за талию, а правой рукой дотронулся до лица. Пусть думает, что он принял ее фанатичное обожание, пусть ощутит себя в безопасности.
— Ты готова к чуду?
— Да, — тихо произнесла она и поцеловала его.
Девушка даже не заметила, как коготь царапнул ее по коже, оставив небольшую метку.
А потом в один миг ночь вспыхнула десятками костров. Пламя взвилось в небо, прославляя своего бога и его богиню, объявляя начало лета. Где-то Аго и Прита вышли в мир, чтобы ответить людям на их молитвы, произнесенные ранее у самого старого дерева. А здесь и сейчас Вес и Шарпа вклинились в хоровод.
Барабаны отбивали ритм жизни, сердца стучали им в унисон. Люди произносили слова древней песни, что появилась тогда же, когда боги вошли в этот мир. Они пели о тепле огня, о чуде рождения, о красоте жизни. Они возносили руки вверх вместе с непроизнесенными вслух желаниями и надеждами. Они смотрели в глаза своим друзьям, а порой и незнакомцам и чувствовали невидимую нить, что соединяла все живое в этом мире. Они чувствовали, как пульсирует эта самая жизнь.
Люди не знали этого, но в ночь Костров они восхваляли не только Аго и Приту, но и саму живую магию мира Джа-Лу.
Однако один человек в этом хороводе пел о другом. Его слова диссонировали, его сердце не стучало в том же ритме, что и все остальные. Он был не подвластен празднику жизни. Он был мертвецом. Он улыбался другим, но улыбка та была хищной, предвкушающей. Люди смотрели в его змееподобные глаза и забывали слова песни, что происходила из самой их души. Касание бессмертного было не больнее укуса комара, но глаза людей становились стеклянными, слова их песни заменялись словами заклинания.
Так один за другим они постепенно начинали восхвалять совсем другое. Сердца их стучали все так же быстро, но, казалось, в другой тональности. Они кружились в неистовой пляске, но оттенок их действий сменился. Люди вдруг потеряли свою волю. Огонь их страсти превратился в тупую похоть. Барабаны забили быстрее, и в следующий миг зачарованные накинулись друг на друга.
Все, кроме двух. Вес аккуратно держал за талию Шарпу и смотрел ей в глаза. Девушка еще не поняла, что произошло. Она все еще светилась той настоящей радостью предвкушения. А потом в воздухе запахло кровью. Люди вокруг не остановились на простых поцелуях. В какой-то миг их укусы стали глубже. Мужчины вгрызались в тонкие шеи своих избранниц и вырывали оттуда куски мяса. Девушки неистово царапали спины партнеров, доходя до позвоночника и ребер.
Но они не кричали, нет, лишь стонали от удовольствия.
Шарпа блестящими от восторга глазами смотрела на происходящее. Вероятно, думала, что это представление подарок ей. Глупенькая. Вес громко рассмеялся, Шарпа обожающе улыбнулась ему в ответ. А потом он резко впился в ее губы, но отнюдь не ради поцелуя. Мотнул головой, и нижняя губа девушки осталась у него в зубах, а потом он проворно проглотил ее. Шарпа взвизгнула и отступила от бессмертного, непонимающе оглядываясь по сторонам. Амару мягко последовал за ней по траве, с каждой секундой все больше окрашивающейся в красный. В девушке не проснется смелость, даже страх не сможет побудить ее к действию. Она вольна делать ровно столько, сколько позволяет ей Вес.
Так Шарпа продолжала отступать, пока не споткнулась о чье-то тело. Девушка упала, и обглоданные руки тут же увлекли ее к себе. Она попробовала вырваться, но держали крепко, а вся ее сила была плотно запечатана волей ее господина.
— Ты наверняка сейчас не понимаешь, что происходит, — Вес присел над ней на корточки и насмешливо улыбнулся.
Руки не утянули его, наоборот, люди вдруг начали ползти к нему, аккуратно и боязливо касались его стоп, а потом они просто легли друг на друга, предлагая сесть на себя, словно на трон. Вес преспокойно устроился на них, вальяжно откинулся на спинку, образованную из человеческих тел. Их руки ласкали его, а ему было все равно. Немигающий взгляд змеиных зрачков был сосредоточен только на Шарпе.