— Аго очистил нас всех своим огнем. Это было замечательно. Теперь у меня есть стимул дожить до следующей ночи Костров.
— Очистил? Так тут был Аго?
Но Вес не ответил ему, только уставился в небо и принялся что-то мурлыкать себе под нос. Ятри смотрел на лица окружавших их людей и не мог понять, что же было здесь не так. Все вроде в порядке, живы, улыбаются, но почему тогда появлялось то страшное чувство неправильности?
А потом охотник взглядом наткнулся на знакомое лицо.
— Шарпа?!
Обеспокоенный Ятри было встал, чтобы подойти и разбудить девушку, но его за руку перехватил Вес и зашикал.
— Нет, не сейчас, пусть спит.
— Это она привела тебя сюда, верно?
— Проницательности твоей нет предела, о великий охотник, — с издевкой проговорил амару, силой возвращая Ятри на место.
— Ты что-то с ней сделал. С ними всеми.
— Я? С чего вдруг такие мысли. Посмотри, они все целы и счастливы, просто порадуйся за них. Твоя паранойя становится нездоровой.
— Мы с Серрой что-то чувствовали, не увиливай.
Вес глубоко вздохнул, посмотрел на небо, а потом снова на Ятри. У охотника пробежали мурашки по коже. Амару улыбался широко и, на первый взгляд, так же добродушно, как до этого, но длинные клыки превратили улыбку в оскал, а тени упали так, что все его лицо стало напоминать маску зла.
— Иногда мне так сильно хочется тебя ударить и засунуть все подозрения в твою толстую кишку, ты просто не представляешь. Постоянно жить под этим гнетом недоверия выматывает, знаешь ли, — но потом Вес вскинул голову и страшное выражение исчезло. — Но я держусь, видишь? Я прилежный мальчик, и мухи не обижу.
— Мне тоже иногда хочется тебя ударить, — передразнил его Ятри, — но я держусь, видишь?
— Так может подеремся? — спросил Вес, шутливо наклонив голову вбок.
— Сначала ты оденешься.
Вес рассмеялся, а потом придвинулся ближе к Ятри и начал водить пальцем по его ляжке.
— Ты что-то имеешь против крепкой мужской дружбы?
Ятри посмотрел на него, одним этим очень красноречивым взглядом выражая все свое отношение к такой «дружбе», а заодно намекая, куда отправятся шаловливые пальчики амару, если он тотчас не уберет их. Вес отпрянул, но довольно улыбаться не перестал. Охотник только покачал головой и поднялся на ноги.
— Идем, Серра ждет. На, вот, прикройся хоть так.
Ятри кинул ему свою куртку, а Вес только поморщился.
— Она колется, — возмутился, но под еще более колючим взглядом Ятри был вынужден обвязать ее вокруг пояса. — Так что насчет драки? Мне действительно хочется начистить тебе морду еще за убитую сирену, — крикнул в спину удаляющемуся охотнику.
Тот даже не обернулся, только грустно буркнул:
— Ты же меня одной левой уделаешь, смысл?
— Я польщен, что ты так высоко оцениваешь мои навыки боя. Но я без магии буду, честно-честно.
— Ага, так я и поверил, — фыркнул Ятри, махая на излишне активно прыгающего рядом Веса.
— На мечах! И Бундхи будет судьей!
Охотник покачал головой, но, глядя в глаза Весу, понимал, либо так, либо амару найдет себе другое развлечение, и в этот раз оно может закончиться поляной трупов, а не спящих людей.
— Днем.
— В тени.
— Идет.
Охотник и амару пожали друг другу руки, и тут на них налетела взволнованная Серра, принялась обнимать и расспрашивать. Вес отвечал еще более расплывчато, но с таким важным видом, что никто не стал углубляться в детали, иначе вообще ничего не расскажет. По-видимому, только Ико не смирился с неведением, или ему просто нравилось летать вокруг и бить всех по лицу лапками и хвостом.
***
1673 год Нового календаря, 1 Травня, Сгольг
Утро первого травня выдалось странным для деревни Сгольг. Дети проснулись с первыми петухами и обнаружили, что их совершенно счастливые родители даже не думают о том, чтобы позаботиться о хозяйстве. Так до конца и не понимающий причины этих странных перемен Бундхи взял на себя тяжелую ношу ответственности и более или менее организовал односельчан, лишь бы не страдали не доенные коровки и голодные курочки. Жрец был несколько сбит с толку, выглядел рассеянным, особенно тщательно старался избегать общества Веса, но свое дело делал. Добровольно вызвались помогать Ятри и Серра, чувствующие вину за то, что их знакомый оказался каким-то образом во всем этом замешан. Сам Вес не ощущал никакого стыда, но его и не спрашивали, просто выгнали работать под страхом ужасной расправы с использованием Ико. На амару, все еще не доверяющего этой пушистой морде, угрозы подействовали.