— Все увидите на месте.
К вечеру дорога привела их в заброшенную деревню. Пустые дома нагоняли жути, но как-то так случилось, что один из них все единогласно посчитали пригодным для ночевки, лезть в горы в темноте не собирался никто. Вернее, никто, кроме Веса, чьи глаза позволяли видеть ночью еще лучше, чем днем. Амару быстро проверил все подготовленные еще месяцы назад охранные заклинания. Ненароком заглянул под каждую дощечку, посмотреть, не испортило ли что-то руны тревоги.
Все было так, как он и задумывал. Единственное, что сложно было предугадать — поведение Лисмы. Сейчас, когда Шарпа вышла из игры и оставила ведьму одну со своим планом, можно было ждать всего, вплоть до метеоритного дождя. На это он, кстати, и делал ставку, поэтому периодически поглядывал на небо. Всякая логика покинула ее действия, когда Лисма решила идти до конца. Если она решила. Но в такой легкий исход верилось с трудом.
Ятри и Серра, уставшие с дороги, быстро уснули, уже без лишних вопросов полностью доверяя свои жизни Весу. Только в самом начале Ятри каждую ночь спрашивал, будет ли амару сторожить, и все равно спал очень поверхностно, поднимался от каждого шороха. А теперь Вес мог погладить Серру по голове, поправить одеяло Ятри, и никто из них не проснется. Сегодня только Ико не спал и немигающим взглядом следил за каждым действием амару. Создавалось такое впечатление, что он все знает. Может, этот монстр умел читать мысли и сейчас видел каждый аспект плана Веса. Если так, то этот взгляд был осуждающим.
Вес обвел взглядом комнату, стукнул по стене, как бы проверяя прочность. Правда, стены могут и рухнуть, а вот заклинания не пустят внутрь никого. И не выпустят без его разрешения.
Путь к драконьему алтарю неожиданно четко вспыхнул в его памяти. Он чуть ли не наяву увидел Сату в ее черно-синем платье, как она цепляется за каждый мелкий кустик и шипит от злости. А эти самые кустики моментально сгорали, высвобождая ткань из оков. Колдунья бежала впереди, все еще не до конца веря в происходящее. Совсем скоро они заполучат яйцо дракона, а с ним можно было в один миг уничтожить целый город. И ведьма очень расстраивалась из-за того, что Вес отказывался закончить войну так быстро. Это было делом чести, он должен был победить в игре разума, а не силы. Кто же знал, что победят удача и случайность.
Он шел вперед по заросшей тропинке и не оборачивался назад. В воспоминаниях за ним подручные несли жертву. Парень был из мачей и уже давно бросил проклинать тот день, когда покинул земли Вечного Мороза. Теперь он проклинал только необычайно осведомлённого о древних ритуалах короля. Но Вес не слушал, все крики заглушал мелодичный смех Саты. Да и он сам в те времена смеялся чаще. Когда ведьме надоело ругаться, она просто упрямо встала посреди дороги и скрестила руки на груди, так мило надув губки. Амару достал меч и пошел впереди, безжалостно срезая все веточки, что могли хоть немного задеть его любимую.
Сегодня он шел один, даже луна скрылась за тучами. Природа притаилась, живность здесь чувствовала, когда должно было произойти что-то необычное. Все было пропитано магией и более подвержено изменениям в ней. Когда-то, действительно очень давно, еще до появления Черного Леса, здесь проходили обучение волшебники. Но единственное свидетельство, что они оставили после себя — арка перед лестницей, ведущая на гору. Ну и, конечно, были архивные записи в Камико, но для мира эти письмена давно утеряны.
Выбитая в горе лестница со временем стала округлой и скользкой, но ноги амару почти не касались ее. Он двигался быстро и решительно, при этом затрачивая минимум магии. Лишь на последней ступеньке он остановился, чтобы посмотреть вниз на маленькие домики заброшенной деревушки. Вес прекрасно знал, куда делись ее жители. Он сам приказал их убить, опасаясь, что кто-то еще прознает об этом месте и спящей здесь силе.
Амару мотнул головой. Это в прошлом, говорил себе, но сердце шептало, что он нисколько не изменился. Найди он здесь хоть одного человека во время подготовки дома, избавился бы от него тут же. Вес отвернулся и посмотрел вперед, где на небольшом плато стоял один-одинешенек плоский камень с желобами, выбитыми по краям.
— Нет, кое-что во мне изменилось. Для мертвеца это уже большой шаг, — пробормотал, одновременно с этим разрабатывая голос для подготовленной речи.
Еще один шаг вперед, и Вес понял, что готовился зря. Они уже все знают, они уже в его мыслях. На подгибающихся ногах он дошел до старого алтаря и возле него упал на колени. О, как ничтожен он в сравнении с ними. Но даже драконам свойственен голод, и вот его он чувствовал очень отчетливо. Почти слышал, как бестелесные существа глотают набежавшие слюни. За это они сделают что угодно. И примечательно, что не будут цепляться за формулировки, как некоторые некультурные джины и им подобные.