Босые ноги слишком громко шлепали по каменному полу, охотник стал ступать мягче, почти как кошка. Он услышал где-то вдалеке скрип, а потом частые глухие удары. Сделал несколько шагов вперед и только после этого понял, что стук производило его собственное сердце. Стон раздался неожиданно откуда-то с верхних этажей, Ятри поспешил в том направлении, но лестница все не попадалась. Лишь поворот за поворотом и так похожие друг на друга гобелены. Он бродил по этому каменному лабиринту еще несколько минут, пока не нашел коридор, оканчивающийся дверью. Вот он протянул руку, чтобы открыть ее и...
— Охотник Ятри, — Ятри аж подпрыгнул, таким неожиданным оказался оклик мага, — что вы делаете?
Переведя дыхание и кое-как успокоив учащенно бьющееся сердце, он ответил:
— Искал призрака, — и звякнул колокольчиком в подтверждение.
— Это неожиданная инициатива, не думал, что вы воспримете мои слова всерьез. Но вам не стоит об этом беспокоиться. Закончу с завтрашним опытом и сам все улажу. Отправляйтесь спать, вам понадобятся силы.
— Да, конечно, просто эти стоны... Они меня беспокоят.
— Я постараюсь сделать так, чтобы сегодня ваш сон ничто не тревожило, — спокойно ответил маг.
Ятри мельком отметил, что сейчас он кажется еще более худым, чем вчера, а глаза покраснели, словно ночью этой не спал. Успокоив себя, что с магами такое часто случается, охотник пожелал Бартаку спокойной ночи и отправился в свою комнату. Перед этим только бросил последний взгляд на заветную дверь, стараясь найти в ней что-нибудь примечательное, но в темноте она казалась просто очередной дверью.
Той ночью действительно не было никаких стонов, даже ветер не был слышен.
С восходом солнца охотник сидел перед главными вратами, поджав под себя ноги и положив на колени магический меч. Глаза его были закрыты, но все чувства напряжены до предела. Охотник улавливал каждый шорох вокруг, каждое изменение в магическом поле. Защита Бартака была снята, как он сам сказал, не мог позволить себе такого расточительства. Любые другие входы в замок были заколочены невидимыми слугами за ночь и укреплены защитными накопителями, которые покрывали небольшую площадь, но делали это на совесть. Если гарпии хотели добраться до мага, то им должно было хватить ума пойти единственным оставшимся путем.
В обычных условиях, Ятри был уверен, снежные гарпии ни за что бы не пошли против вооруженного человека, но последние его сомнения рассеялись, когда вдалеке послышалось хлопанье огромных крыльев. Вскоре гарпии уже кружили вокруг замка. Три взрослых особи, у одной брюхо было черным, видимо, попалась в прошлый раз на заклинание мага. Сначала небо было ясным, и каждая мелочь была видна достаточно отчетливо: необычайно чистые, даже отливающие металлом когти на их птичьих ногах, так же блестели огромные маховые перья крыльев. Искаженные мукой и пораженные язвами человеческие лица, редкие волосы на головах, даже нежный пух на груди. И все блестело голубым и синим в свете солнца. Это была не та красота, которую ценили люди, что не отменяло их животного великолепия и грации.
А потом на небе появились тяжелые тучи. Они не наплыли, а именно сформировались из ничего. Значить это могло только одно: маг начал свой опыт. Это же и подтвердили громким криком гарпии.
Одна из них, самая крупная, размером со взрослого быка, приземлилась прямо посередине внутреннего дворика замка, две другие остались на крепостных стенах. Гарпия медленно приближалась к Ятри, осторожно, но охотник опытным глазом уловил поспешность в ее движениях.
— Зачем вам нужен этот маг?! — громко спросил, пытаясь перекричать поднявшуюся бурю.
Гарпия только пронзительно взвизгнула и рывком подобралась на расстояние пяти метров. Ятри мог видеть ее покрасневшие от гноя голубые птичьи глаза. Может, ему бы и удалось рассмотреть там боль и отчаяние, но на волю вышел безжалостный охотник. Теперь есть только цель и никаких эмоций.
Ятри отвел меч немного назад, держа его в двух руках, стал в стойку. Вдруг крикнула одна из гарпий со стены, но охотник не двинулся, не поддался на провокацию, пристально следил за движениями своего оппонента. Потом крикнула и другая гарпия, словно подгоняя третью побыстрее разобраться с помехой, и тогда, зажмурив глаза, последняя нанесла удар.