Это был самый простой выпад вперед, от которого охотник, конечно же, легко ушел. Пропустив мимо себя гарпию, он молниеносно вогнал клинок ей в спину. Существо пронзительно вскрикнуло и начало плавиться в месте проникновения магического оружия. Сзади Ятри, надрывно крича, попыталась ударить одна из тех, что сидели на стене. Охотник поднырнул под ее лапу, приняв на наручи удар стального пера. Дать такой же быстрый ответ в этот раз у него не получилось. Где-то сбоку уже кричала оставшаяся, пришлось отскочить и отойти, восстанавливая более или менее безопасную дистанцию.
Гарпии ждать не стали, не размышляя над лучшей техникой, они просто набросились на него. Ятри перекатился, еле успев остановиться, как прямо перед его носом опустилась тяжелая когтистая лапа и звякнули железные перья. Гарпия закричала ему в лицо, обрызгав едкой слюной и продемонстрировав ряд острых зубов. Охотник ударил ее кулаком и отпрыгнул, чуть не попавшись прямо в объятия другой.
От их крика у него порядком заболела голова, так что следующую атаку он отразил мечом и слепо махнул, не рассчитывая нанести серьёзного урона. Напавшая гарпия вскрикнула и, постанывая, отошла в сторону: вместо лапы у нее была лишь обгоревшая культя. Ятри непроизвольно охнул, такого могущественного оружия ему не приходилось еще держать в руках.
Воспользовавшись заминкой у гарпий, охотник не стал ждать, и сам напал на еще целую хищницу. Меч прошел сквозь стальные перья, как сквозь масло, и расплавил противницу. Ятри резко обернулся на оставшуюся, ожидая нападения, но та только пятилась, прижимая к себе раненую лапу. Она смотрела то в небо, то на замок, то на него, но так и не попробовала взлететь, спасая свою жизнь. Быстро, как только мог, охотник подбежал к гарпии и отрубил ей голову. Ятри смотрел, как плавятся кости, как сгорают прекрасные бело-голубые перья и понимал: остановись он хоть на секунду, и у него не хватило бы духа убить сдавшегося монстра. Ему совсем не хотелось видеть выражение лица на отлетевшей в сторону голове.
Он осмотрелся, прислушался, хоть мало что можно было разобрать в шуме ветра. Над замком уже начал образовываться небольшой смерч. Внутри сейчас явно было безопаснее, чем снаружи.
Меч в его руке казался неправдоподобно тяжелым, но выронить сокровище Ятри не мог. Оставалось только одно: вернуть его прямо магу. Охотник сощурился, высматривая, откуда исходит магия. Тяжело выдохнув, он поплелся наверх одной из башенок. Вокруг было холодно и пусто, все, что осталось в стенах, это смерть и стоны. Стоны, что становились только отчетливее, по мере его приближения к лаборатории Бартака.
На полпути Ятри замер, размышляя, хочет ли он видеть опыт мага. В памяти всплывали давно погребенные под физической силой и уверенностью в себе воспоминания. Он помнил, каково быть маленьким мальчиком, что прячется от злого и страшного волка под разорванным трупом своей матери. Но также он помнил, как неоднократно доставал таких маленьких детей из логов самых страшных монстров. Как он дробил кости убийц, как перерезал им глотки снова и снова представляя перед собой лишь одно чудовище из своих кошмаров.
Ятри упрямо двинулся дальше, хоть теперь и казалось, что сапоги его отлиты из свинца.
Дверь не была заперта — бушующая магия давно сорвала ее с петель. Ятри видел мага, воздевшего руки к небу. Он видел молнии и огонь, что прыгали по комнате. Видел блеск бело-голубых перьев. Слышал стон. Тот самый стон, что должен был принадлежать призраку. Лицо гарпии было как никогда похоже на человеческое в этом выражении невообразимой муки.
Маг не видел Ятри, а Ятри было плевать, чем сейчас занимался маг. Стон живого существа проникал прямо в его сердце, стирая прошедшие года. Никакая охотничья муштра не смогла задавить в Ятри человека. Как бы он сам ни хотел стать бездушным оружием, сердце его продолжало биться и чувствовать.
Ятри закричал, занося меч.
Никакое открытие не стоит мук другого существа.
Отработанный до рефлекса удар не подвел и в этот раз. Голова Бартака глухо ударилась о каменный пол. Ветер стал медленно затихать, молнии и огонь пропали сразу. Но крик гарпии становился только более оглушительным с каждой минутой.
Ятри подошел ближе к алтарю. Он видел раньше трупы, вывернутые наизнанку. Сожженные тела, обглоданные. Он видел, какой ужас могут сотворить монстры. Но ничто из этого не могло сравниться с делами рук человеческих. Должно быть, Бартак пытался создать из гарпии химеру, хотя с каким существом охотник так и не понял. Несчастная все еще пыталась пошевелить оголенными костями, билось ее разрезанное сердце.