Аэлия почувствовала, как кто-то ее обнимает. Сквозь слезы она разглядела скорбное лицо Ятри.
— Я понимаю тебя. Если станет легче, то эти ублюдки не заслуживали жизни.
Вместо слов, у девушки получился очередной всхлип, но со второй попытки удалось произнести:
— Все заслуживают жизни. Неважно, кто они и что делали. У каждого есть право на раскаяние.
— Даже у убийц невинных? — спросил Ятри с, как показалось Аэлии, потаенной надеждой.
— Даже у Виридана. Если он смог стать Весом, то кто угодно может измениться.
Девушка снова всхлипнула и уткнулась в плечо охотника.
Огненного демона уже начали успокаивать маги, пламя постепенно стихало. И только белый силуэт королевского замка оставался нетронутым. Столь сильная магия была вплетена в его стены, что он продолжал стоять на месте, пусть горы под ним уже и не было. Так для создания очередного чуда мира Джа-Лу — парящего замка — потребовалось разбить кувшин с запечатанным в нем демоном и взорвать гору. И ценой этого чуда, а заодно и избавления от сердца черного рынка, были десятки жизней как посетителей, так и персонала торгов, а к тому же простых людей, что не смогли укрыться от камнепада.
Глава 24. Следующий шаг
1673 год Нового календаря, 22 Кветня, Асинк
Дом Аэлии был весьма уютным. Мягкое освещение не резало глаза, создавало ощущение покоя. Что особенно нравилось Весу, так это выбитые в камне стен руны тишины, звукоизоляция была невероятной, особенно хорошо это ощущалось сейчас, когда за дверью бушевал хаос. Там бегали люди от одного дома к другому, пытаясь узнать, где были их родные во время взрыва и не придавило ли их случайно камнем. Но амару ничего этого не слышал, он вместе с Серрой забрался под одеяло и наслаждался теплом и спокойствием. Усталость вдруг показалась приятной, хотелось полностью расслабиться и просто уснуть, дать отдохнуть и телу, и духу. Но бессмертный был лишен такой роскоши, как здоровый сон, вернуть ему силы могла только кровь.
Но его страдания были ничтожны по сравнению с другими.
Серра все еще тряслась и цеплялась за своего спасителя, не отпуская ни на секунду. Она плакала, не открывая глаз, скулила и хрипела, не перенося даже малейших изменений в ее положении. А на спине у нее все так же сидел Ико. Монстр был похож на белого котенка, но вот мотыльковые полосатые крылья и антенны шелкопряда вместо вибриссов бровей не то чтобы портили его вид, наоборот, он оттого казался еще более милым, особенно с этими черными глазками, просто непривычно. Что желала эта тварь было неясно, но насколько мог судить Вес, вреда Серре она не наносила. Но и страх никак не оставлял цару, из-за чего девушка не могла уснуть. Амару опасался, что придется использовать магию для ее исцеления.
Аэлия отдала гостям в распоряжение первый этаж, а сама спряталась на втором. Звукоизоляция относилась исключительно ко внешним стенам, так что последние несколько часов Вес слушал не только рыдания Серры под ухом, но и своей дочери наверху. Бедняжка винила себя в смерти десятков людей и, как понял амару, до этого ей не приходилось рассматривать себя как убийцу. Сначала Вес ничего не чувствовал по отношению к этому, он был слишком обессиленным. Потом в какой-то момент порывался подняться к ней, приобнять и нашептать на ушко что-то глупое и милое, но вселяющее надежду на будущее. Вернуть огонь в ее потухшие глаза, снова увидеть смелость и уверенность. Но на нем уже была Серра, и это немного мешало. А сейчас... Сейчас он снова устал и хотел, чтобы уже закончилась полоса меланхолии, потому что переносить этот тяжелый настрой было все сложнее.
Несколько раз порывался закурить, расслабиться, но знал, сейчас это не принесёт никакого облегчения. С таким же успехом можно было просто отключиться и переждать самую бурю. Но он волновался, что может пропустить изменения в настроении Серры, поэтому спать не смел.
И был Ятри, которого Весу все еще хотелось хорошенько стукнуть. Желательно насмерть, чтобы потом можно было спокойно найти другого охотника. Амару не отнимал руку от лица, пока слушал рассказ Ятри, чтобы поменьше бить себя по лбу. Что было непонятно, так это кто из них больший идиот: Вес, что решил довериться другому человеку в таком важном деле, или бывший охотник, который оказался совсем не бывшим. Сочувствовать ему как-то не получалось, хотя эти большие карие глаза так и напоминали о нашкодившем щенке.
— Как ты живешь с этим? — почесав щетинистый подбородок, вдруг спросил Ятри.