Нет, первые пару дней он вел себя нормально, как прилежный и рассудительный двухсотлетний старичок. Заботливо протирал лоб Серры, горящей в лихорадке магического истощения. Выслушивал философские размышления Ятри и кивал в нужных местах, тыкал палочкой в Ико, стараясь понять сущность этой твари, но потом... Потом ему как-то наскучило, да и есть действительно хотелось. Цара пришла в себя, охотник более или менее примирился с содеянным, а амару как был, так и остался слегка разочарованным произошедшим. Его город пострадал в конце концов. А он старался, строил. И гору жалко, она прекрасно вливалась в пейзаж. И неважно, что другим она не была видна за слоями магии крепостных стен. Вес видел, ценитель прекрасного внутри него страдал, покидая некогда (сутки назад) прекрасный Асинк. Но загоняться по поводу того, что все, чего он касается, обращается в прах, амару не собирался. Жрец Смерти он или кто?
Но бывали и светлые моменты. Серра стала значительно реже выбираться наружу для полетов, то ли виноваты были остатки страха, то ли она просто стала более серьезной и не видела в этом острой необходимости. Главное то, что теперь она нашла новый способ скоротать время. Серра начала петь. Как мастерское владение магией левитации, так и невероятной красоты голос шли в комплекте с крыльями и генетикой цар. Вес подозревал, что это все пришло к людям от птиц, когда сразу после появления Черного Леса они пытались адаптироваться к жизни на Парящих Островах. Маленькой мечтой амару было вывести собственного цару в лабораторных условиях и подробно все записать. А потом повторить с пучами и мачами, но сейчас его сердце съедали другие, менее научные вопросы.
Однако все проблемы забывались, стоило только Серре затянуть песню. Неважно что, будь это одна из пьяных частушек, которых она наслушалась за время работы в таверне Празана, или опера летающего театра цар. Ее голос был прекрасен, он трогал за душу каждое живое существо, в отличие от голодных завываний Веса. Да что там, даже мертвый амару проникался. Кивал в такт, подпевал, причем делал это на удивление хорошо, лишний раз доказывая Ятри, что если захочет, то может сделать великолепно все.
И именно в этот момент боги в очередной раз решили показать, как сильно им доставляют страдания жалких смертных букашек, отчего злость в Весе вспыхнула, как призванный архимагом огненный шар. Быстро, ярко и уничтожающе...
Все началось с задумчивого «Хмм» Ятри, но это не прервало пения Серры. Потом охотник начал реагировать более бурно на происходящее вовне, заржали лошади, кибитка остановилась.
— Что вам надо? Эй, прекратите!
Но в ответ ему множество людей шептало только: «Зло, зло, зло». Серра умолкла, воинственно распушила хохолок, так же недовольная заминкой. Вес нахмурился, натянул перчатки и очки, проверил меч, готовясь выйти в случае необходимости.
— Да что вы делаете?! — возмущенно воскликнул Ятри, а потом чьи-то руки в белых перчатках прямо-таки стянули его с козел.
Следом открылась шторка с задней стороны кибитки. Мужчина, закутанный в белые тряпки так, что видны были только глаза, жестом приказал им выйти. Складка между бровями Веса стала только глубже, а также к ней добавились морщины пренебрежения у рта. Сложно было не понять, кто и по чью душу пришел. Зарак был добрым богом по всеобщему мнению. Ну а каким может быть покровитель света и чистоты? Но вот с точки зрения амару и всяческих полукровок, зачатых в союзе людей с монстрами, он был тем еще расистом, а его последователи частенько устраивали самый настоящий геноцид по отношению к тем, кого считали «нечистыми». При этом не трогали тварей Черного Леса, ведь они были чисты в своей темной природе.
В общем, если бы не удобное географическое расположение Асинка, то Вес бы выбрал любой другой город в качестве столицы, просто потому, что там не было храма Зарака и его настырных жрецов. Благо тогда его хранила богиня ради справедливости его с Лютеусом состязания, да и сейчас стоило лишь попросить, и она скрывала его суть от них. Один бог вполне может обмануть другого. Но нужна была предварительная подготовка, а сегодня он никак не планировал пересекаться с фанатичными расистами.