Жрецы толкнули Ятри к его выбравшимся из кибитки товарищам, а сами стали полукругом. Вперед выступил один из них, чьи рукава были расшиты золотом, явно главный, и начал вещать:
— Ночью этой мне было ведение, где страшное зло приближалось к нашему храму. Я был потерян, не в силах поверить, что великий Зарак допустил подобное. И тогда я молился, и мольба моя была долгой, я молил о другом видении, которое укажет мне правильный путь...
Жрец растекался мыслью по своему монологу добрых пять минут, отчего злость Веса немного угасла, оставив после себя только крайнюю степень раздражительности. Но вот заключение этой напыщенной и пустой речи заставило его тихонько зарычать и потянуться к мечу, несмотря на то, что именно этого он и ждал.
— ...И за эти преступления вы приговариваетесь к смерти, примите же с честью очищающий свет Зарака.
Ятри с Серрой, усыпленные долгими разглагольствованиями, да и в принципе не ожидавшие такого поворота событий, не успели среагировать на внезапно начавшийся огонь. Зато Вес получил толчок к действию. Он радостно заурчал и зажмурился, наблюдая, как лучи света разбиваются о его барьер. Поддерживая заклинание левой рукой, правой достал из ножен меч, покрутил им пару раз, а потом, когда очнулась Серра и смогла поставить собственную защиту, бросился прямо на жрецов.
Несчастные фанатики свято верили, что бог на их стороне, что их дело правое. Так что битва была больше похожа на переполох в курятнике, куда кто-то запустил лису. Черной тенью амару пронесся по ряду из девяти жрецов, окрашивая их белые одежды в красный. Вес радостно шипел, клинок со свистом рассекал воздух, а сквозь тела проходил, как сквозь масло. Красные руны на нем горели алым, поглощая магию, восстанавливая собственную, и заодно пополняя резерв своего хозяина. На землю летели конечности и головы, фонтаны крови из перерезанных артерий рисовали удивительные картины в воздухе и на песке. Птички пели что-то приятное, солнышко светило, согревая холодное тело мертвеца. Весна, благодать!
Последним Вес, разумеется, оставил верховного жреца с его красиво расшитыми рукавами. Амару предстал перед ним, весь испачканный в крови своих жертв, замер на секунду, чтобы до мужика успело дойти произошедшее, дать время страху появиться в глазах. И только после этого он вонзил свои клыки ему в шею и принялся ее грызть, пока голова не отделилась от тела.
Вес опустил руки, задрал голову вверх и тихонько рассмеялся. Так хорошо вывеси пар. Так замечательно поесть за долгие дни голодовки. Так чудесно чувствовать непосредственную близость своей богини.
Почему он не делал это раньше, если это так здорово? Почему?..
И тут Веса словно током ударило. Он спиной чувствовал испуганные взгляды своих друзей. Его мозг начал работать с ускорением в десятки раз, пытаясь придумать хоть какое-то оправдание срыву, чтобы при этом можно было не потерять с таким трудом заработанную положительную репутацию.
Первым и самым разумным решением было упасть в обморок, что он и сделал, трагично распластавшись на земле среди трупов.
— Вес! — испуганно воскликнула Серра.
— Стой, — строго приказал Ятри, по-видимому, перехватив девушку за талию. — Ты остаешься здесь, я подойду к нему. Дальше действуем по обстоятельствам. В случае моей смерти спасайся сама.
Потом Вес слышал тяжелые шаги Ятри, чувствовал, как он пытается нащупать пульс на шее, как снял очки и пробует открыть веки. Наконец придумав, кого обвинить в этих убийствах, амару начал кривиться и постанывать, всячески изображая страдание.
— Вес, — Ятри хлопнул его по щеке. Не сказать, что легонько.
Амару еще немного полежал, но потом приоткрыл глаз.
— Демон... — еле слышно, словно из последних сил, прошептал.
— Что?
— Проклятый Поликарп...
Вес потянулся левой рукой к правой, чтобы снять перчатку, но не смог, застонал где-то на половине и вернулся к первоначальной позиции. Ятри сообразил и сам все сделал. Посреди ладони бессмертного красовалась черная точка, выпускающая жутковатые отростки, что обвивали пальцы и в итоге уходили на предплечье, а там и дальше. Наверное, дальше, Вес еще не решил, какая стадия демонического заражения подойдет к его ситуации.
— Я же просил тебя, не трогать рог. Балда ты, — беззлобно проворчал охотник.
Вес виновато улыбнулся. Уж лучше он будет считать его идиотом, чем безжалостным убийцей. Насмешки он переживет.
— Как ты раньше не понял? Неужели не было странных мыслей и желаний? — спросил Ятри, качая головой, но потом осекся. — Ох, голод.