Не сдерживаясь, он злорадно рассмеялся.
— Случилось «что»? О чем ты клокочешь, наглый стервятник?
Гексли ударил его в живот.
— Ну и зачем бы мне рассказывать тебе? Я не стану портить удовольствие, ибо многие знания, многие печали, — пообещал носатый. — Отдыхай пока — завтра утром нас ждет милая речная прогулка. Это я так даю тебе понять, что кричать про то, как тебя будут искать — глупое занятие. Если и станут, так на дорогах. Но не в воде. Впрочем, когда это еще будет? Заносите его!
Перед носом Виза замелькали половицы. Рубашка из вареной кожи одного из похитителей, неприятно терлась о щеку и воняла соленой рыбой. На первом этаже в комнатах горел огонь, а в воздухе разносился запах каши, вызывающий у капитана тошноту. Повсюду здесь были люди Артея — воины, слуги. Визерия быстро подняли на второй этаж, бросив в грязную пустую комнатушку, небольшую, с одиноким окошком, прикрытым утлой ставней.
— Не трепыхайся, — посоветовали ему напоследок, обдав горячим дыханием ухо. — А то, мы мастера отправлять подопечного в глубокие сны, парень. Настолько глубокие, что от них не просыпаются.
— Да пошли вы, сволочь кабацкая, — огрызнулся Виз. — Браслет отдайте, это реликвия семейная!
Его, лежащего со связанными за спиной руками, пнули. Вроде не слишком сильно, но так, что твердый носок чуть не вошел под ребра.
— Поговори нам тут.
Стукнула, отсекая длинные тени, дверь импровизированной тюрьмы. Зашумел вдвигаемый в пазы засов. Скрип отдаляющихся половиц. Виз остался один.
— Лорд Лисандр ван Клеарх! — голос распорядителя протокола пронесся под храмовыми сводами тронного зала, самую малость, отставая от чистого звука золотых труб. Лорд Клеарх шагнул на малиновую дорожку, ступая по кажущемуся бесконечным залу. Карминного цвета плащ, подобно сложенным крыльям колебался в такт шагам окованных металлом сапог. Бронированная фигура отражалась в зеркальных частях стен. Даже пред очи венценосного владыки Лорд Меч явился, не расставаясь с доспехом. На черных латах красовалась золотая роспись, а в нагруднике поблескивали крупные граненые алмазы.
Он шагал вдоль умножаемых зеркалами рядов колонн, приближаясь к собравшимся у трона придворным. Большой Военный Совет был в самом разгаре. Лорд Клеарх не представлял, зачем король пригласил такое большое количество знати из законодательного Собрания. Чувствуя на себе его безучастный взор, благородные спешили изобразить на лице радушную улыбку. Лорд Клеарх себя не утруждал. Его знали как жестокого и строгого человека, правящего своей землей по военным законам. То есть полностью соответствующего своему родовому девизу, красующемуся на щитах всех Клеархов: «Худшие в мире. Лучшие в войне».
— Мой король, — преклоняя перед троном одно колено, сказал Лисандр. На его темно-русые волосы венцом падал солнечный свет.
Его Величество Элберт благосклонно кивнул вассалу. Король Марвиэль, восседающий на троне белого и красного золота, разукрашенном невообразимым количеством камней, был одет в платье для парадных приемов. То есть выглядел словно удивительно дорогая драгоценная кукла. Бело-золотые сапожки украшенные кружевными отворотами и многочисленными пряжками нетерпеливо постукивали, пока Его Величество выслушивал какой-то рассказ Сеанора Клиггса, нынешнего главы законодательного Собрания. Последний явно стремился как можно сильнее нравиться королю, чтобы на грядущих выборах снова занять непыльную и высокую должность.
— Война? — с ноткой пренебрежительности закончил свою речь Клиггс, выпячивая прикрытую атласной тканью пухлую грудь. — Пусть будет война, мой король, она уничтожит бедняков!
Король улыбнулся, думая, что слышит шутку.
— А вы, что думаете, лорд Лисандр? — ободренный восторгами придворных спросил молодой владыка. Над троном возвышалась величественная, расписанная яркими красками арка. Солнечная корона на голове льва, присматривающего за землей со всеми ее городами, реками, зверями и чудесами, которую в виде мозаики изобразили на полу тронного замка. Величие, подлинное величие, у которого было свежее юное лицо, не обремененного заботами великовозрастного мальчишки.