Командир отряда — капитан королевской армии Дэмос Гиндерб, — приказал дать сигнал остановки для передней шеренги. По лесу коротко, подхватывая друг друга, загудели рожки. Конница остановилась. Медленно, постепенно, нарушая края и все каноны воинской тактики.
— Как только пешие догонят, трубите боевое построение, — распорядился Гиндерб. Бирюзовый василиск, вытравленный на его позолоченном нагруднике, показывал раздвоенный язык, стоя на задних лапах. Грушевидное лицо капитана, с отвисшими щеками и двойным подбородком, свисающим над кольчужным воротником, выглядело вполне умиротворенно. — Смотри. Если обманул, шкуру с тебя спустим, холоп!
— Нет-нет, не обманул, — убеждал пленник, украдкой потирая исхлестанную в кровь спину.
Ярже Клабс, которому выпала честь сопровождать капитана в бою, озирался по сторонам. Еловые верхушки, указанные пленником, поднимались над редким, прозрачным туманом, что стоял в этой части леса. Стволы потерявших часть зеленого покрова деревьев стояли темные от впитанной влаги. Пахло древесной смолой, опавшими листьями и дождем.
— Значит так, действуем, как договорено. Передовой отряд пробивает центр, и разбивает оборону. Резерв стоит. Пехота, четыре сотни, идет следом, окружает и добивает.
Командующие решили, что, несмотря на благие намерения, первая атака должна была показать врагу, что шутить королевское войско не станет. Растерзанные тела единомышленников должны были послужить доказательством. При этом выслать вперед собственный дозор, чтобы проверить расположение неприятельского лагеря никому и в голову не пришло.
Отзвучал второй сигнал. Шеренга рыцарей раздалась в стороны, давая место для строящихся возле каждого из них Верных. В боевом порядке, офицеры превращались в своеобразный наконечник копья, бережно хранимый по бокам и сзади телохранителями. Вокруг Гиндерба охрана выстраивалась полукольцом, которое с правой стороны венчал Ярже, а с левой незнакомый Клабсу рыцарь в серых доспехах со шлемом в виде головы химеры. Позади них стихали последние судороги походного беспорядка в стане пехоты. Лес притих, готовясь, стать свидетелем вечного и самого старого на свете представления.
Капитан, поворачиваясь в седле, оглядел свое войско. На его лице читалось предвкушение. Бирюзовый, под цвет василиску плащ, скользнул по конскому крупу, собираясь складками.
— Вперед!
Третий сигнал, был похож на рев разъяренного тура. Низкий и угрожающий он полностью заполнил собою лес, повиснув между туманными елями и покрытыми влажной пленкой личинами рыцарских шлемов. Пора!
Шеренга качнулась вперед, подминая под себя мягкую землю. На месте остался только командир, наблюдающий за движением войска. И его охрана. Ярже, не сводил глаз с просвета между похожими на поросших мхом троллей, елями. Там сейчас должны были всполошиться дозорные Вольных. Но пока что, угадывалась только белая дымка тумана. Глядя в это густое облако, Клаббс почувствовал себя неуютно. В первый миг он даже не понял в чем дело — что такого странного в плотной пелене, за тающими в ней древесными стволами? Рыцари ехали вперед. Безликие фигуры, высящиеся над конскими крупами и хвостами. Теряющие четкость. Ярже наконец сообразил. Туман двигался! Белая пелена, стремилась вперед, навстречу людям. Заглатывая на ходу камни и деревья. Припадая к земле и тут же выстреливая длинными клубящимися языками к самому небу.
— М-да, погода подводит, — заметил капитан, наблюдая как исчезают люди. Он, не замечал ничего подозрительного. В отличие от многих других. Люди с опаской взирали на подползающий туман. Невесть почему встревожились кони.
Минут пять свита капитана и сплотившийся за его спиной порядок, напряженно ждала развития событий.
— Капитан Гиндерб, думаю, нам стоит отступить, — вдруг обратился к толстяку рыцарь с «химерой».
— Почему это? — беспечно спросил командир. Ярже глядел на исчезающие в пелене отряды и чувствовал, как нарастает тревога. Мышцы рук и ног буквально деревенели, а по спине ползли мурашки.
— Это не просто туман, — косясь на уже почти добравшуюся до них пелену, торопливо пояснял рыцарь. — По-моему это дело рук рудных магов.