- Если мое время пришло - молю Тебя, Господь мой, забери мою душу прямой сейчас. Я готова.
Роза сглотнула и всхлипнула.
- Если же не наступил мой час, я молю Тебя - защити меня от позора, защити мою честь, мою душу. Защити, ибо нет у меня Покровителя, кроме как Тебя!
Горячие слезы брызнули из глаз девушки. Она, устав с ними бороться, запрокинула голову и устремила взор наверх.
Сколько так просидела Роза - она не знала.
Только подступившие сумерки, сделавшие палатку еще более темной, подсказали ей, что вечер близок.
Свежая прохлада застелилась по полу, и вслед за ней в палатку вошли трое воинов.
8
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
- Так это - правда? - приглушенно вопросил один из воинов, Гелимер.
- Ты видишь это своими глазами, - подтвердил другой воин и сел, словно верный пес, возле ног своего господина.
Второй встал подле головы Ахлфа.
Гелимер усмехнулся:
- Я не причиню вреда своему соплеменнику и брату по оружию.
Он окинул Ахлфа задумчивым взглядом и, убедившись, что тот еще спит, повернулся в сторону Розы.
Она встретила его взор с молчаливым достоинством.
Не поднялась, но и не сжалась.
- Так, значит, это ты - нанесла удар непобедимому Ахлфу? - вопросил Гелимер.
В его голосе читалась смесь восхищения и интереса.
Роза не отвечала. Она смотрела в мужское лицо и пыталась понять, что этот человек принес с собой - её освобождение или же нечто другое?
Гелимер, желая разглядеть девушку, подошел к ней поближе.
Её красота изумила воина.
Впервые в своей жизни Гелимер видел столь необычайно красивую, не похожую на других, женщину.
- Ты ранила самого гордого из нас, - прошептал воин, - он не простит тебе этой обиды. Будет жаль, если Ахлф лишит тебя жизни.
- А мне - не жаль, - выдохнула Роза, - пусть сделает то, что мне предписано.
В серых глазах Гелимера мелькнуло смятение.
- Ты смелая девушка, но смерть жестока даже к таким, как ты, - еле слышно прошептал воин.
Гелимер опустил взор, а затем снова посмотрел в глаза Розы.
- Я постараюсь выкупить тебя у Ахлфа, - сообщил воин. Он наклонился к ней столь близко, что девушка ощутила его дыхание на своем лице.
- Если я выкуплю тебя, не всадишь ли ты мне нож в спину, о, прекрасная дева?
Она могла бы солгать, и, быть может, обрести в лице Гелимера защитника.
Но все естество Розы противилось этому, и потому она сказала, как есть:
- Будь у меня нож, я сделала бы это и сейчас. Ты подошел слишком близко.
Гелимер скривил лицо.
Отпрянул назад, словно от прокаженной и тихо сказал:
- Зря.
Роза промолчала. Всё, что нужно было сказать - она уже сказала.
Не сейчас, тогда, когда молилась.
Воины покинули палатку, и девушка прикрыла глаза.
Усталость, голод, переживания сделали свое дело - Роза, незаметно для самой себя, погрузилась в дрему.