- Что это?
- Швабра, насколько я вижу. - Степан демонстративно зажмурил глаза. - И на ощупь тоже швабра.
Лично я видел меч. И у меня немного сердце екнуло, когда Степан поглаживал ладонью острое даже на вид лезвие. Кстати мечи, при всей своей схожести и одинаковости гарды, были все-таки различны. Меч-швабра был немного длиннее меча-зонтика, и немного уже, так что даже на ощупь я легко определил бы, который из них как выглядит для непосвященных.
- Не мог бы ты, в порядке личного одолжения, сделать тем, что ты держишь в руках то, для чего оно предназначено? Очень тебя прошу.
Мы с Ленкой переглянулись, она была весьма удивлена, не меньше чем Степан, как и все остальные. Но у меня уже оформился конкретный план и я решительно претворял его в действие.
Степан в недоумении воззрился на меня.
- Это зачем еще?
- Пожалуйста. - Снова попросил его я. - Я не прошу подметать всю комнату, но на пару... гребков тебя, я думаю, хватит?
Степан засопел, но поднялся. Перехватил меч-швабру поудобнее и принялся гонять взад вперед бумажный комочек, невесть как избежавший кремирования в камине. Не знаю как это видели Степан, Паша и Вадим, но я наблюдал как Степан, держа меч двумя руками, острием перекатывает бумажку туда-сюда. Но, очевидно, как швабра это тоже было неплохо, потому что недоумение на лицах всех трех росло: типа, а зачем я все это устроил? Пора было переходить к следующей фазе моего плана.
Я встал, отобрал у Степана меч, наколол на острие бумажку и стряхнул ее в камин. Честно говоря, в тот момент я захотел поменяться местами с кем-нибудь из них троих, чтобы посмотреть, как это выглядит со стороны для непосвященных. Очень интересные у них были лица.
- Пошли. - Сказал я и пошел к дверям.
Мы вышли во двор и я направился к зарослям крапивы у ограды.
Приусадебного участка у Паши нет. То есть он есть, но не в том смысле, какой в это вкладывают дачники-огородники. Он на нем не выращивает ни капусту, ни клубнику, а про картошку при нем лучше вообще не говорить. Почему-то эта тема, выращивание картофеля на своем огороде, приводит Пашу в ярость. Если что и растет у него на участке, так это сорняки, и достигают, кстати, немалого размера.
Крапива вымахала выше меня. Я подошел к особенно густому кусту, перехватил меч правой рукой поудобнее, оглянулся назад, а потом с разворота, наискось рубанул по крапиве. С тихим шелестом срубленные стебли осыпались на землю и частично на мою руку, которую я, зазевавшись, не успел вовремя отдернуть.
Достигнутый эффект был впечатляющ. Даже Ленка, которая единственной видела все в истинном свете, была под впечатлением. Что ж тогда говорить обо всех остальных.
Сохраняя на лице выражение крайнего удивления ко мне подошел Паша и взял меч у меня из рук.
- Блин, но это же швабра!
- Это вы ее видите шваброй. - Сказала Ленка. - Но на самом деле это меч.
- А почему я это вижу так, а вы иначе?
- Трудно сказать. - Ответил я. - Может быть потому, что я был в том Таллинне, которого не может быть, а Ленка состоит со мной в сильной эмоциональной связи плюс сама была свидетелем и участником одного из нападений. Не могу тебе сказать определенно. Добавь это к списку тех загадок, которыми полна вся эта история. Надеюсь, найдется когда-нибудь некто, кто ответит на все наши вопросы.
- Хотелось бы. - Пробормотал Паша, присоединяясь к Степану и Вадиму, сосредоточенно изучающих срез крапивных стеблей.
Срез был хорош. Тончайший, как будто бритвенный. Степан молча подошел к Паше забрал у него меч и подошел к следующему кусту.
Конечно, у него не получилось. Меч прошелся по зарослям как простая палка, оставляя за собой измочаленные и поломанные стебли. Степан хмыкнул, но меч не отставил.
- Где у него тут рукоятка?
- Ты правильно держишь. - Я подошел к нему и положил его вторую руку тоже на рукоять меча. - Вот так. Вылитый Конан!
Степан опять хмыкнул и начал крутить шваброй. То есть мечом. Он наворачивал круги и восьмерки вокруг себя, рубил воображаемую лозу и сносил воображаемые головы воображаемых врагов. По-моему, он делал это все с закрытыми глазами. Не знаю, что он там себе представлял, но в какой-то момент его движения изменились. Вдруг исчезла та легкость, с которой он мог бы крутить деревяшкой, но никак не железным клинком.
И я, и Ленка, мы оба заметили, как изменились Степины движения. Сам Степан наверняка тоже что-то почувствовал, так как стал двигаться несколько медленней, но не переставая вращать мечом. Я затаив дыхание ждал, чем же все это закончиться.
Пока Степан проделывал свои упражнения он понемногу смещался и в конце концов оказался возле многострадальной крапивы.
- Степа, рубани-ка налево. - Неожиданно сказал Вадим. Я оглянулся на него: Вадим с интересом смотрел на Степана, явно увидев тоже, что и я.
Степан внял совету. Он перехватил меч в левую руку и отмахнулся вбок. С легким шуршанием посыпалась срубленная крапива. Степан открыл глаза.
Я не смогу передать выражение его лица, когда он увидел, что он держит у себя в руках! Какая-то светлая радость, немного удивления и просто безмерное счастье.
- Welcome to the club, buddy! - Возгласил я.
Степан повернул к нам совершенно счастливое лицо.
- Ты особо не радуйся. - Сказал я. - Мы с Ленкой тоже видим меч, а не швабру. И что, нам это помогло в жизни? Нисколько, наоборот, чуть не лишились ее.
Степан хмыкнул, но ничего не ответил.
- А ну-ка, дай я попробую. - Паша вышел из ступора.
Но в тот вечер больше ни у кого ничего не вышло. Наверно, слишком много впечатлений было без этого, да еще подсознательная боязнь, что ничего не выйдет. Но ни Паша, ни Вадим не расстроились, тоже понимали, что сразу и быстро бывает редко.
Потом мы вновь сидели возле камина, совсем так, как несколько дней назад, когда эта история только начиналась. Пива в этот раз не было, зато было горячее вино, и немало. Мы поскребли в кошельках и набрали на два пятилитровых баллона, один из которых был уже пуст, а второй только что почат. Но в голову как-то все не било, вероятно из-за обилия информации и впечатлений за сегодняшний день.
Уютно горел камин, отблески от огня блуждали по комнате, изредка вспыхивая на Пашиной коллекции холодного оружия, развешенной по стенам. Покой и благолепие.
Обстановка действовала на меня так умиротворяюще, что я потихоньку начал отходить от утренних событий. Ленка тоже немного успокоилась, хотя иногда ее все еще передергивало. Хотелось сидеть вот так долго, и чтобы ничего не происходило.
- Однако, что делать будем? - Вдруг спросил Вадим.
Я поморщился, но делать нечего. Вадим был прав: весь век у камина не просидишь, надо как-то решать все неожиданно возникшие проблемы.
- У тебя есть какие-то предложения? - Вяло поинтересовался я. Думать совершенно не хотелось, в голову лезла совершеннейшая чушь.
- Вообще-то есть. Но предупреждаю сразу: мое предложение основано не на анализе ситуации, а на чистой воды интуиции.
- Говори, - сказал Паша. - У меня что-то в голове каша, ничего не могу придумать.
Вадим почесал нос:
- В общем, все просто. Мы снова лезем в подземелье.
- Зачем? - Удивился Степан. - Мы, когда ты был без вести пропавший, лазили туда и ничего не нашли. Прохода из той комнаты нет, может быть есть какие-нибудь замаскированные ходы, но мы ничего не нашли, да и где там искать?.
Вадим задумался.
- Интересно. - Он на минуту задумался. - А в самой комнате вы ничего не нашли?
- Нашли, - сказал я. - Несколько килограмм железа. - Я показал в угол, где были свалены в кучу доспехи.