, еще при «царе Горохе» кобринские долгожители - «выкопанный старый дид Василь». В честь которого, Петр Харченко и назвал своего первенца. От деда Василию достались полные губы и маленький, будто бы «сердитый» рот. Однако, стоило Василию улыбнуться, как его лицо, моментально «добрело» большими ямочками на щеках. Свою густую темно - русую шевелюру, которой позавидовал бы любой артист эстрады, он беспощадно состригал в парикмахерской и ходил по жизни - с коротким «ежиком» на голове. Василий имел крепко сбитую фигуру, но его бугрившийся, еще пару лет тому назад, крепкими грудными и спинными мышцами атлетичный торс, будто бы оплыл, точно восковая свеча, и теперь выглядел обрюзгшим. Появилось брюшко - «под пивко» и легкая отдышка. У Андрея были «мамины» светло русые волосы. Он имел продолговатую - «аристократическую» форму черепа и задумчивые серо - зеленые глаза. Его губы были более полными и «добрыми». Прямой и красивый нос Андрея точно так же - резко диссонировал с «перебитой картофелиной» его старшего и задиристого братца! Наконец, младшему сыну колхозного «Головы», совершенно не шли усы. Да они, впрочем, почти - что и не росли у Андрея! В то время, как Василий щеголял своими, вполне уже - взрослыми мужскими усами, еще с отрочества. «И в кого ты такий - удався!?», восклицал иногда в сердцах Петр Васильевич Харченко, когда младший сын, чем-нибудь его расстраивал. После чего, с недоумением, а иногда и с нескрываемым подозрением, (в зависимости от величины уровня испорченности своего настроения), обращался еще раз, с тем же самым вопросом к своей благоверной супруге. Братья Харченко, конечно же нравились местным девушкам. Но, если Василий, привлекал внимание пышущих здоровьем и своими прелестями деревенских красавиц, своими - напором и мужественностью, то на Андрея, обращали свое внимание девушки более скромные и «утонченные». Не способные устоять перед его классической красотой - «статуи» из пантеона древнегреческих богов. Еще сильнее, Василий и Андрей отличались своими характерами. Василий был веселым и общительным парнем. Любил «жизнь в себе», но еще сильнее, любил наслаждаться «собой в жизни»! Еще в юности, он заметил, что подавляющее большинство, так называемых - «сознательных» советских граждан, живут не для того, чтобы постоянно заботится про какое-то - вымышленное и никому не понятное «общественное благо», а беспокоятся, прежде всего, о своей личной и конкретной - материальной выгоде! Обнаружив, такое разительное несоответствие, и окончательно убедившись в фальшивости коммунистической пропаганды, которая выдавала желаемое - за действительное, Василий раз и навсегда определил для себя свои жизненные ориентиры и приоритеты. «Счастье не в деньгах, а в их количестве! Ну, - как же точно, кто-то, когда-то подметил! Поживи он подольше, наверняка и сам бы додумался!» Василий Харченко был настоящим... Нет, - не сыном, а скорее - «продуктом» своей эпохи. Времени, когда «связи» стали превозноситься выше дружбы, а потребность бытового комфорта и материальные блага, оказались, так сказать - «ближе к телу», чем какие-то там - возвышенные и иллюзорные духовные ценности! «Преуспеть и разбогатеть, а после нас, хоть потоп!». Кто думает, что подлобное мировоззрение, является современным трендом, лишь понапрасну тешит собственное самолюбие! К возможностям - присовокупляется желание! И паразитировать, то есть только брать, но ничего не отдавать, а на будущее и вовсе - плевать, становилось целью и смыслом существования для многих, еще в начале восьмидесятых годов последнего века минувшего тысячелетия! Особенно для тех - «избранных», кого их «коварная» и не ласковая судьба обременила, или точнее будет сказать - «осеменила», непосильной ношей государственной власти! Андрей, по складу своего характера, был полной противоположностью старшему брату. Парень очень любил книги, и, к семнадцати годам, успел перечитать от корки до корки, не одного только, весьма популярного в те годы, в самой читающей стране, - Александра Дюма. Морально-этические понятия и представления юноши, сформировались под влиянием и впечатлениями от творчества таких общепризнанных мировых классиков и столпов гуманизма, как Виктор Гюго, Эрих-Мария Ремарк, Денни Дидро и Оноре де Бальзак! А ведь были еще и обязательные по школьной программе «Молодая Гвардия» Александра Фадеева и «Как закалялась сталь» Николая Алексеевича Островского! Не удивительно, что Андрей вырос законченным идеалистом! Душа молодого человека была преисполнена альтруизма и готовности к самопожертвованию! А его юношеский максимализм, дополнялся неизменно сопутствующими такому «диагнозу» и возрасту, частыми приступами мечтательной меланхолии! Андрею претило социальное неравенство, мерзкие и унизительные проявления которого, он - сын колхозного «головы», видел практически ежедневно! Еще больше, его угнетало следствие такого неравенства - социальная несправедливость! Он искренне переживал, и ему было стыдно перед своими одноклассниками, когда учителя, явно «тянули» его в школе! Завышали ему оценки за успеваемость, или «забывали» поставить двойку за не выполненное домашнее задание! Из-за чего он, уже со второго класса, начал очень старательно и ответственно относиться к своей учебе. Ему хотелось получать хорошие оценки, прежде всего - за свои знания, а не за свою фамилию! Естественно, что он тоже заметил, насколько все далеко не так честно и справедливо - в «атмосфере подлинного коллективизма и товарищества, равенства прав и свобод» и всего остального - «трам-та-ра-рам - советского образа жизни!». Но тем сильнее, в отличие от Василия, ему захотелось, обязательно что-либо изменить в этой жизни! Непременно - в лучшую сторону! И приложить все свои силы, знания и умения, чтобы правда и справедливость, действительно восторжествовали в этом несовершенном мире! А, не только в торжественных речах или лозунгах! - Ты почему не на «Яве»? Удивился Василий, почти что искренне. - Вот сам теперь и полезай в коляску! - Без проблем, в следующий раз, возьму твой «несчастный дырчик»! Успокоил Андрей брата. - Ну, а пока что, тебе с дроги нужно отдохнуть! Так что, милости прошу - «в люлю»! Младший брат, кивком головы, услужливо указал своему родственнику на его место «посадки». - Ладно, Андре***, можешь отвезти господина домой. Распорядился Василий и, комично поморщившись, все-таки забрался в коляску. - Ну, рассказывай, как закончил школу. Почему без медали? Физик запорол? Начал засыпать брата вопросами Василий, едва они зашли в родительский дом. Андрей начал с конца: - Ну, ты же знаешь этого гавнюка - Николая Сергеевича! Они же, по-моему, вместе с математичкой и тебе все испортили!.. - А батя с матушкой, где? Пропустив мимо ушей, оправдания младшего брата, спросил Василий, после того, как успел поочередно заглянуть во все комнаты большого «председательского» жилища. - Поехали в гости к моему крестному - дяде Сергею. - Это, у которого жена - тетя Света? Еще несколько мгновений, и Вася, закончил свой «беглый осмотр» в родном доме. - Да. И она, между прочим, тоже - моя крестная! Уточнил Андрей с гордостью, вспомнив о красивой «дяди Сережиной» супруге. - Скорее всего, там и заночуют! - Вот это класс! Значит, у нас сегодня - «день открытых дверей»!? Нужно срочно приглашать «телочек»! Кстати, а где моя Валюха? Ты ее, видел, предупреждал, что я сегодня приезжаю? Она, вообще, про меня спрашивала? - Спрашивала, спрашивала. Только, ее сейчас нет в селе. Поехала в Житомир, собирается поступать в какой-то техникум. - Да ну! В какой? Где таких - «тупых» принимают!? Братья дружно рассмеялись. С Валентиной Подгорной, Вася встречался, когда приезжал в родное село - на выходные. Василий, видел себя в будущем - горожанином и в столице у него была другая подруга - киевлянка Таня. Она училась вместе с ним в сельскохозяйственной академии, но только на «бухгалтерс