– Великаны! – с отвращением тряс головой Тор. – Могли бы за столько столетий задуматься и прекратить набеги на Мидгард. Так нет же! Лезут и лезут, как банда убийц в сериале «Стрела». Все время лезут. Но я людей в обиду не дам. Вы, ребята, мой самый любимый вид из всех организмов.
Он потрепал меня по щеке. Руки он после разделки козлов вымыть не потрудился. Ну, хорошо хоть железные рукавицы снял, иначе попела бы моя физия.
Хэртстоун, устроившись возле огня, ел кусок бедренной части Марвина. Кажется, нашему эльфу стало гораздо лучше, хотя и сейчас видок у него, прямо скажем, был не блестящий. Хотелось покрепче обнять его, может, даже напечь ему кучу печений, повторяя при этом, насколько мне жалко, что на его долю досталось такое паршивое детство. Вот только я знал: Хэртстоун не примет жалости. Он хочет, чтобы я относился к нему как прежде. И все-таки плашечка с руной, обозначающей пустую чашу, лежала в моем кармане тяжелым грузом.
Сэм тоже сидела возле огня, но постаралась устроиться как можно дальше от Тора и не только помалкивала, но даже почти не двигалась. Поэтому громовой бог в основном уделял внимание мне.
Он абсолютно все делал с энтузиазмом. Ему нравилось готовить мясо своих козлов. Он с наслаждением ел его и хлебал медовуху. Из него просто сыпались одна история за другой. И еще он от души пукал. Часто пукал. Когда же что-нибудь приводило его в восторг, из рук его, и ушей, и всех остальных частей тела, которые вы только можете себе представить, летели во все стороны искры.
В отличие от киношных Торов, реальный ничем не напоминал манекен. Лицо его было хоть и красиво, но вдоволь поношено и побито, словно он много лет провел на боксерском ринге. Кожаные штаны и рубаха потерты до оттенка грязного снега. Кольчуга грязная. Руки покрыты татуировкой. На левом бицепсе я увидел сердечко, а внутри него надпись: «Сив». Вокруг правого предплечья вился стилизованный Мировой Змей, а на пальцах синели печатными буквами имена. На одной руке «Магни», на другой – «Моди». Имя «Магни» заставило меня какое-то время понервничать. Мне как-то не улыбалось фигурировать в виде татуировки на громовом боге. Но Сэм мне по-тихому сообщила, что я зря волнуюсь, Магни, мол, с Магнусом не имеет ничего общего.
Тор тем временем распространялся о том, что, по его мнению, было бы здорово устроить смертельную битву Дэрила из «Ходячих мертвецов» с Майклом из «Во все тяжкие». В период, когда я болтался по тротуарам Бостона, я был бы счастлив поддержать такой разговорчик. Но сейчас мне предстояло важное дело, и Тор мне требовался совсем не для пустой болтовни. Да и какой вообще смысл в обсуждении, чем что продолжится в новом сезоне по телику, если, возможно, через три дня все Девять Миров поглотит смертоносное пламя. Тор, однако, настолько завелся, что унять его мне было не по силам.
– Так кто же, по-твоему, будет лучшим сериальным злодеем в новом сезоне? – допытывался у меня он.
– Трудный вопрос, – пожал я плечами и, глядя на его пальцы, поинтересовался: – А кто такие Магни и Моди?
– Мои сыновья, – просиял бог. Из пальцев его посыпались искры, и, так как бороду он за едой порядком вымазал жиром, меня одолели сильные опасения, что он может воспламениться. Сгорит еще, прежде чем мы успеем хоть что-нибудь выяснить. – У меня много сыновей, но эти двое – самые любимые, – к счастью, не загорелся, а продолжал рассказывать Тор.
– И сколько им лет? – спросил я.
Тор в задумчивости наморщил лоб.
– Мне очень стыдно, но я не знаю. Возможно, они еще вовсе не родились.
– Как же они тогда могут быть самыми…
– Магнус, – спешно вклинилась в нашу беседу Сэм, – сыновьям лорда Тора, Магни и Моди, суждено пережить Рагнарок. Их имена присутствуют в предсказаниях норн.
– Совершенно верно, – повернулся Тор к Сэм. – Напомни-ка мне, пожалуйста, кто ты?
– Сэм, милорд.
– Кого-то ты, девочка, очень напоминаешь мне, – поднял задумчиво рыжие брови он. – Вот только никак не соображу кого.
Сэм отползла чуть назад.
– Может, валькирию? Я ею раньше была.
– А-а, – облегченно махнул рукой Тор. – Наверное, в этом-то все и дело. Я принял участие в трех тысячах пятистах шести последовательных развернутых военных кампаниях по сдерживанию великанов на восточном фронте. Поэтому, ясное дело, немного нервничаю.
Хэртстоун знаками показал:
– И много пукает.
– Что говорит этот эльф? – громко рыгнув, спросил Тор. – Я не знаю языка жестов.