– Ой, до чего ж замечательно! – упивался он частично обретенной свободой. – Теперь, пожалуйста, задние лапы, и можно начать Рагнарок.
Ярость к волкам, целых два года копившаяся во мне, вырвалась на поверхность, и я проорал:
– Делай, Блитцен, что собирался, а я сейчас вышибу этой дворняге все зубы.
Очертя голову принимаешь обычно плохие решения, и это было одно из них. Я кинулся на Волка. Сэм последовала за мной.
Если Фенрир и не отличался слишком большим размером, то силы, даже со связанными задними лапами, был просто неимоверной. Стоило мне сойти с защиты верескового ковра, эта тварь превратилась в шквал острых когтей и смертоносных зубов. Я, оступившись, упал. Когти Волка тут же прорезали у меня на груди глубокие раны. Не отбрось его Сэм ударом топора в сторону, он бы меня распотрошил на мельчайшие составные части.
– Ты не сможешь мне причинить вреда, – оскалился он. – Это даже богам не по силам, иначе давно бы уже перерезали мне глотку. Моя судьба предопределена. До Рагнарока я неубиваем.
– Должно быть, очень приятно знать о себе такое, – с трудом поднялся на ноги я. – Но, знаешь, я все же попробую.
К сожалению, Джек совершенно не помогал мне. Каждая моя попытка атаковать Волка кончалась тем, что меч, изворачиваясь, целился не в него, а в путы на его задних лапах, и все это смахивало на детскую игру в мячик с названием «Свинка посередине».
Блитцен рванул вперед, собираясь накинуть завязанную петлей цепь Андскоти на задние лапы Фенрира, но тот, даже под угрозой топора Сэм, отреагировал с быстротой молнии. Не понимаю, как это у него вышло, но он успел полоснуть гнома по горлу. Гном упал лицом вниз. Моток веревки откатился в сторону.
– Нет! – кинулся к Блитцену я.
Хэртстоун врезал изо всех сил сияющим посохом по башке Волку. Полыхнул золотой огонь. Волк, завывая от боли, уполз в сторону. На лбу у него дымилась руна – стрела, пробороздившая черный глубокий след в серой шерсти.
– Тейваз! – оскалился Волк. – Ты посмел атаковать меня руной Тюра!
Он кинулся на Хэртстоуна, но, наткнувшись на невидимое препятствие, отлетел, завывая, обратно.
Сэм подскочила ко мне. Топора у нее в руках не было. Левый глаз заплыл. От хиджаба остались жалкие клочья.
– Хэрт использовал руну самопожертвования, чтобы спасти Блитцена, – угрожающим голосом объявила она.
– То есть? – ничего пока не понимал я.
Хэрт, цепляясь за посох, рухнул в изнеможении на колени, но все же ухитрился перекрыть Волку путь к Блитцену.
– Пожертвовал собственной силой ради защиты друга! – с презрением поглядел на него Фенрир. – Великолепно! Насладись сполна своей глупостью. Гном все равно уже помер. А ты собственной рунной магией уготовил себе дорожку следом за ним. Впрочем, пожалуй, еще поживи чуть-чуть. Понаблюдаешь, как я разделываюсь с остальной своей вкусной добычей.
И, демонстрируя все свои жуткие зубы, он попер в нашу с Сэм сторону.
Дела тех, кто сражались с Суртом и его великанами, шли далеко не блестяще.
Одна из валькирий Гуниллы неподвижно лежала на камне. Вторую свалил ятаган Сурта. Латы ее пылали. Гунилла осталась один на один с огненным лордом. Пока еще у нее хватало сил неистово наносить ему удары копьем, метавшимся взад-вперед наподобие огненного кнута, но, ясное дело, надолго хватить ее не могло. Одежда на ней уже тлела. Щит обгорел и потрескался.
Эйнхерии попали в окружение. Хафборн лишился одного из своих топоров. Великаны уже нанесли ему столько ран и ожогов, что оставалось лишь удивляться, как он еще жив, но тем не менее он с громким смехом продолжал угощать великанов мощнейшими ударами. Мэллори, преклонив колено, с громкой руганью билась сразу с тремя великанами. Ти Джей колол противников штыком. Икс тоже работал пока вовсю, хотя даже он по сравнению с этими гигантскими керосинками казался крохотным.
У меня стучало в висках от боли. Конечно, моя восстановительная энергия эйнхерия уже включилась, и раны вскорости должны были закрыться. Вот только Волк лишит меня жизни прежде, чем это произойдет.
Волк, потянув носом воздух, явно учуял мое состояние.
– В общем-то, должен признать, неплохая попытка, Магнус, – хихикнул он. – Только вот сыновья Фрея никогда не были бойцами. Так что теперь мне осталось только сожрать врагов. Обожаю эту часть программы!
Глава LXV
А я ненавижу эту часть программы
Спасение иногда приходит от странных существ или вещей. К примеру, от львов или пуленепробиваемых галстуков.
Фенрир прыгнул, нацелившись мне в лицо. Я избежал столкновения, резко упав на пятую точку. Мимо меня пронесся какой-то расплывчатый силуэт, который врезался в Волка и повалил его на бок.