– Ну у тебя и прикид, приятель, – вырвалось у меня. – Стильненько смотришься.
Он гордо выпятил грудь.
– Спасибо, Магнус. Признаться, при свойственном мне тонком вкусе достаточно трудно было целых два года одеваться как оборванец. Ой, извини. Конечно, ничего личного, – спохватился он.
– Конечно, – даже и в мыслях у меня не было обижаться.
– Я ведь привык одеваться именно так, как сейчас, – успокоившись, продолжал он. – Всегда уделял большое внимание своему внешнему виду и вполне отдаю отчет себе в этой маленькой слабости.
Хэрт исторг нечто среднее между чихом и фырканьем и вопросительным жестом осведомился:
– Маленькой?
– Молчал бы уж, – буркнул Блитц. – Воображаю, как бы кошмарно ты выглядел без моих советов. Разве не я купил тебе твой полосатый шарф. – Он перевел глаза на меня, явно ища поддержки. – Этот черный его костюм и светлые волосы! Мне с первого взгляда сделалось ясно, что ему требуется яркая цветовая деталь. Вот я и внес в его гардероб легкую нотку дерзости при помощи красно-белого полосатого шарфа. Тебе не кажется, Магнус, что я совершенно прав?
– Ну да, – согласился я и торопливо добавил для ясности: – Только, пожалуйста, мне такого не предлагай. И носки в огурец тоже носить не буду.
– Мне изменил бы природный вкус, начни я тебе предлагать такое. На тебе подобные вещи выглядели бы ужасно, – хмуро глянул на свой шикарный сапог Блитцен и, резко свернув тему гламура, добавил: – О чем, значит, мы перед этим говорили?
– Ну, в первую очередь мне хотелось бы знать, зачем вы все эти два года за мной наблюдали?
– Тебе ведь уже было сказано: босс, – не замедлил с ответом Хэрт.
– Если не Локи и не Самира, выходит, Один? – я снова предпринял попытку выяснить его имя.
Блитц засмеялся.
– Э, нет. Наш главный – Капо, умнее Одина. Он, видишь ли, предпочитает сам оставаться в тени. Дал нам задание наблюдать за тобой и… – Он поперхнулся. – Стараться по мере сил сохранить тебе жизнь.
– Понятно, – пробормотал я.
Блитц в смущении вытряс из сапога еще порцию желудей.
– Да, вот такое было у нас задание, а мы его провалили. «Сделайте так, чтобы он непременно остался жив, – сказал босс. – Приглядывайте за ним, но не вмешивайтесь в его решения. Он важная часть плана».
– Плана? – Я ни разу за все два года уличной жизни не ощущал себя частью чего-то подобного.
– Капо известно разное, – уклончиво отозвался Блитцен. – Будущее, к примеру. И он делает все возможное, чтобы события шли в правильном направлении и Девять Миров, закрутившись в хаос, не взорвались.
– Звучит неплохо, – одобрил я.
– Он сообщил нам, что ты – сын Фрея. В детали он не вдавался, но подчеркнул, что ты очень важен и мы должны тебя защищать. Когда же ты умер… – Блитц снова осекся. – Ну, в общем, теперь я так рад, что мы нашли тебя в Вальгалле. Может, еще и не все потеряно. Теперь мы должны доложиться боссу и получить новые указания.
Хэртстоун руками добавил:
– Надеюсь, он нас не убьет.
– Я тоже, – без особого оптимизма подхватил Блитц. – Но по-любому до встречи с боссом мы не имеем права тебя посвящать в подробности, Магнус.
– Даже несмотря на то, что я важная часть его плана? – мне было странно слышать такое.
– Как раз именно потому и не можем, – сообщил языком жестов Хэртстоун.
– Но вы мне хоть можете рассказать, что здесь-то случилось после того, как мы с Суртом упали с моста? – потребовал я.
Блитц вытащил из бороды застрявший листочек.
– Ну, Сурт вместе с тобой в воде и исчез.
– То есть все-таки это был точно Сурт?
– Без сомнения, – уверенно подтвердил Блитц. – И, знаешь, неплохо ты с ним поработал. Это же надо смертному одержать победу над огненным великаном. Пусть ты даже и сам погиб, все равно впечатляет.
– Значит, я его убил?
– И не надейся, – самым определенным образом объявили мне руки Хэрта.
– Нет, – констатировал в свою очередь Блитц. – Но огненным гигантам страшно вредна ледяная вода. Полагаю, такое глубокое соприкосновение с ней отправило его в Муспелльхейм. А вот то, что ты отрубил ему нос, – это вообще с твоей стороны гениально. Теперь он уж точно не сможет перемещаться между мирами, пока силы не восстановятся.
– Несколько дней, – было мнение Хэрта.
– А может, и гораздо дольше, – с надеждой проговорил Блитц.
Я переводил взгляд с одного на другого – двух нелюдей, обсуждающих технику путешествия между мирами с видом двух автомобилистов, спорящих, как эффективнее разобрать и промыть карбюратор.
– С вами, ребята, все ясно, – вмешался я. – Вам удалось тогда смыться. А вот Рэндольф-то как?
Хэртстоун весьма выразительно сморщил нос. Мол, дядя твой хоть раздражает, но в полном порядке.