– Я бы на твоем месте поостерегся называть морозного великана мерзлотом, – осадил его Харальд. – Мы этого на дух не переносим. К тому же ты, гном, по-моему, наполовину окаменел, а мне лишний якорь не требуется. Что же до эльфов, они вообще состоят из света да воздуха и на судне предмет бесполезный. Короче, два пассажира, и точка. Согласны – значит договорились. А нет, так проваливайте.
Кинув взгляд на друзей, я поманил их в сторонку.
– Обсудим?
Мы отошли подальше, чтобы Харальд не смог нас услышать.
– Этот чувак морозный великан? – спросил я.
Руки Хэртстоуна замелькали перед моим носом:
– Ледяные волосы. Безобразный. Большой. Да!
– Но… – Я замялся, ища слова поточнее. – Конечно, мужик он крупный, но все же не великан, ведь правда?
По гримасе, которую скорчила Сэм, мигом можно было понять, каким ограниченным и тупым показался ей мой вопрос. Подозреваю, она была не самым терпеливым репетитором по геометрии.
– Великаны не обязательно огромные. Некоторые – да. Другие обыкновенного роста, но могут, когда хотят, становиться громадными. А каких-то вовсе от человека не отличить. И размеры их, и повадки столь же разнообразны, как у людей. Ну, и есть среди них такие, которые могут перевоплощаться в кого угодно – орлов, голубей и еще во всякое-разное.
– И чем, интересно, морозному великану так понравился причал в Бостоне? Доверять-то ему хоть можно? – задал я целых два новых вопроса.
– Ответ первый, – откликнулся Блитцен. – Морозных великанов везде полно. В особенности на севере Мидгарда. А можно ли доверять? Категорически нет. С него станется просто вас завезти прямиком в Йотунхейм и бросить там в подземелье. Или он, например, превратит вас в наживку для своих экстремально-смертельных рыбалок. Нет, Магнус, тебе непременно следует настоять, чтобы мы с Хэртом отправились с вами.
Хэрт, похлопав его по плечу, принялся объяснять на пальцах:
– Великан прав. Я ведь тебе говорил: слишком много дневного света. Ты каменеешь, но из упрямства не признаешься.
– Да нет. Я в порядке, – упорствовал Блитцен.
Хэрт, приметив лежащее рядом пустое ведро, нахлобучил его на голову Блитцу, по форме которой оно немедленно промялось.
– Ну, может, и впрямь немножечко каменею, – покорно пробубнил тот.
– Уйди на какое-то время с улицы, – велел ему я. – С нами все будет в порядке. Хэрт, найди ему поскорее какое-нибудь подземное или другое убежище без дневного света.
Хэрт согласно кивнул и поделился на пальцах ближайшими планами:
– В библиотеку пойдем. Выяснять побольше всего о Фенрире. Там потом можем и встретиться.
– Идет, – согласился я. – Ну, Сэм, айда на рыбалку.
Мы возвратились к Харальду, который опять возился с веревкой, превращая ее в мастерски сделанную скользящую петлю.
– Ладно. Согласны. Два пассажира, – объявил ему я. – Но нам нужно как можно дальше зайти в Массачусетский залив и необходима специальная наживка.
– Всегда пожалуйста, маленький человек, – указал мне Харальд на ангар с отодвигающейся дверью. – Выбирай там наживку по вкусу, если, конечно, сможешь ее унести.
Стоило нам с Сэм отодвинуть дверь, на нас пахнуло такой жуткой вонью, что я чуть не грохнулся в обморок, а у моей экс-валькирии перехватило дыхание.
– Глаз Одина! – скривилась она от подступающей рвоты. – На поле боя и то пахнет лучше!
В ангаре свисала с мясных крюков впечатляющая коллекция гниющих туш, самой маленькой из которых оказалась креветка, длиною без малого с человека среднего роста, а самой крупной – бычья голова размером с автомобиль «Фиат».
Я зажал нос рукавом куртки. Ноль эффекта. В носу у меня творилось по-прежнему нечто невообразимое. Ну, словно там взорвали гранату, начиненную тухлыми яйцами, ржавчиной и сырым луком.
– Дышать больно, – прогудел я в рукав. – Как по-твоему, что из этих вкусняшек можно назвать специальной наживкой?
– Или играем по-крупному, или идем домой, – решительно указала она тупому бездомному парню на голову буйвола.
Я усилием воли принудил себя ее разглядеть. Черные выгнутые уши, розовый вывалившийся из пасти язык, похожий на волосатый надувной матрас. Белая шерсть, от которой поднимался пар. И блестящие слизью кратеры ноздрей.
– Как этот бык ухитрился вырасти до такого монстра? – повернулся я к Сэм.
– Видно, он родом из Йотунхейма, – предположила она. – У них там скот вырастает гораздо более крупным.
– Да уж. Маленьким это чудище не назовешь, – вновь перевел я взгляд на ужасную голову. – Слушай, у тебя есть хоть какое-то представление, что мы должны на это ловить?
– На глубине обитает полно разных чудищ, – пояснила мне Сэм. – Хорошо только, если это не… Не важно, – отмахнулась она. – Будем надеяться, это будет просто морское чудище.