– Интересный у вас какой разговор с ней вышел, – содрогнулась всем телом Сэм.
За нашими спинами заскрипели ступени лестницы, и над палубой показалась башка морозного великана.
– Интересный? Ты назвала это интересным разговором?
Он поднялся на палубу, сжав угрожающе кулаки и буравя нас гневным взглядом. С сине-ледяной бороды его струилась капель.
– Ладно еще поймать Мирового Змея, но прогневить Ран… Знай я такое заранее, никогда бы не взял вас на борт, пусть даже по просьбе Большого Мальчика. Я океаном на жизнь зарабатываю. Ах, лучше б мне было сразу выкинуть вас за борт.
– Удваиваю ваш гонорар, – объявила Сэм. – Десять монет из красного золота, если доставите нас обратно до порта.
– Хорошо, – не смог устоять мерзлот Харальд и обреченно поплелся в рубку.
Я разглядывал обретенный Меч Лета. Он был у меня в руках, но мне пока еще не было ясно, как с ним поступить. Сталь клинка сияла словно бы изнутри. Руны на ней светились серебром. От меча шло тепло. Оно прогревало воздух вокруг, растопило лед на поручнях лодки, а меня наполнило ощущением той самой силы, которое приходило, когда я начинал кого-то лечить. В моих руках было скорее не оружие, а магический ключ, открывающий те ощущения, которые я считал для себя навсегда потерянными. Ну, будто мы с мамой вновь гуляем в Голубых холмах и солнечный ветерок ласкает мое лицо.
Сэм вдруг протянула руку в огромной кожаной перчатке и стерла слезу у меня со щеки.
А я и не понял, что плачу!
– Извини, – выдавил я из себя севшим голосом.
– Ты действительно мог вызвать меч из сети морской богини? – глянула она на меня с тревогой.
– Понятия не имею, – пожал я плечами.
– В таком случае это было просто безумство с твоей стороны, – покачала головой Сэм. – Но получилось у тебя потрясающе.
Я опустил меч. Он по-прежнему продолжал гудеть, похоже, о чем-то со мной говоря.
– Сэм, а Ран правду сказала? Ты действительно можешь летать, даже если не станешь снова валькирией? Это благодаря тому, что отец твой…
Доверительность с ее лица мигом стерло, и оно стало каменным.
– Не имеет значения, – жестко бросила она.
– Ты уверена? – все же хотелось знать мне.
Она, старательно отводя от меня глаза, медленными движениями прикрепила топор к поясу.
– Так же уверена, как и ты в том, что мог вызвать Меч Лета.
Моторы взревели. Лодка начала разворот.
– Постою возле Харальда у руля, – объявила Сэм. – Хочу убедиться, что он действительно нас везет в Бостон, а не в Йотунхейм.
Но мне-то было совершенно ясно: она просто хочет сейчас отойти от меня подальше.
Глава XXXV
Нехорошо гадить на голову искусству
Отдав мне пожухлое молодильное яблоко, Сэм оставила меня в доках Бостонского порта и ушла. Не то чтобы ей хотелось смыться, объяснила она, но бабушка с дедушкой убьют ее за опоздание к ужину, поэтому опаздывать еще больше нельзя. Словом, мы с ней условились встретиться утром в общественном парке, после чего она пошла домой, а я направил стопы к площади Копли.
Тащиться по улицам с ярко сияющим мечом было довольно дискомфортно, и я решил с ним немного на эту тему посовещаться. (Только, пожалуйста, не подумайте, что я спятил, со мной все нормально.)
– Ты не можешь волшебным образом превратиться во что-то поменьше? – спросил его я. – Только лучше не в цепь. На дворе-то не девяностые.
Слов конкретно я от него в ответ не услышал, но гул его приобрел какие-то разговорные интонации, будто он меня спрашивал: «Ну и во что же именно?»
– Не знаю, – сказал ему я. – Во что-то карманно-компактное. Например, в авторучку.
Меч запульсировал, словно в приступе хохота. Готов поспорить на что угодно, он мне сказал сквозь смех на гудящем своем языке: «Меч-авторучка! В жизни не слышал подобной глупости!»
– Есть идея получше? – полюбопытствовал я.
Меч съежился, превратившись в белый камень с руной, висящий на золотой цепочке. На белом фоне чернел символ:
– Руна Фрея, – пробормотал я. – Не очень люблю украшения, ну да ладно. Сойдет.
Надевая кулон на шею, я понял, сколь мудро он был устроен. Держался он на цепочке как на магните. Достаточно потянуть, и рунная плашечка оказывалась у меня в руках, а как только это происходило, она превращалась в меч. Если же он мне больше не требовался, мне надо было только послать ему мысленный сигнал, и готово дело: на ладони моей лежала белая плашечка и я мог ее примагнитить к цепочке.
– Круто, – оценил я, толком не понимая, что же на самом деле произошло.