В ответ в аквамариновых глазах Келли вспыхнул неодобрительный огонек.
─ Не веди себя как идиот! ─ Келли сделала паузу, прищурилась и усмехнулась. ─ Я говорю это в буквальном смысле: в следующий раз не будь идиотом. И я уже простила тебя. Знаю, сначала я тоже была не самым приятным человеком. Ты простишь меня?
Он откинул прилившую к щеке прядь её длинных волос, которая уже начала высыхать. Сейбер нарочно дернул за локон.
─ Ты имела все основания вести себя как фурия.
Келли сморщила носик и брызнула в Сейбера водой. Он усмехнулся и брызнул в ответ. Они плескались, усмехаясь и смеясь, пока их мокрые конечности не запутались и тела подплыли слишком близко друг к другу. Усмиряя себя стоном, Сейбер мягко оттолкнул Келли, вынуждая отказать себе в удовольствии от её прикосновения.
─ Мы не можем этого сделать, Келли…
─ Предлагаешь мне сменить ванную? ─ неохотно спросила она.
Последовавший ответ согрел ее сердце.
─ Стоп! Но… мы должны вести себя осторожнее. Даже если бы не было угрозы утонуть…
─ Признай, это приятный способ умереть, ─ прервала его Келли, слегка улыбнувшись.
Серые глаза Сейбера сверкали как жар от огня кузницы.
─ Не думаю, что для нас это будет «приятно».
Келли покраснела, и Сейбер улыбнулся. Со смесью девичьей застенчивости и зрелой дерзости она умела зачаровывать без всякой магии.
─ Даже если бы не существовало угрозы утонуть, то я предпочел бы чувствовать себя более здоровым и способным к ухаживанию, что бы после ни произошло… однажды я, эм… в один прекрасный день я вложу меч в твои ножны.
Манящий рот Келли приоткрылся, аквамариновые глаза расширились от удивления, а на веснушчатых щеках расцвел румянец. Теплая вода заметно остыла по сравнению с жаром взгляда, который они разделили в ту долгую минуту. Наконец, Сейбер отвел глаза, отступив и обхватив руками каменный край ванны.
─ Хорошо, ─ прошептала Келли, тоже смотря в другую точку. Сейчас она находилась в небольшом смятении. Шок от признания, которого они едва коснулись в разговоре, постепенно проходил.
«Если он полюбит меня, физически и эмоционально, то, без всякого сомнения, я навлеку некое Бедствие, хотя никто не знает, в чём оно заключается… Если мы займемся любовью, я окончательно влюблюсь в него. Предположительно. И все же, если я собираюсь вернуться домой через четыре или более месяца…»
Этого было недостаточно, чтобы заставить её отправиться домой. Здесь есть все, что желает её душа, за исключением, возможно, женского общества. С братьями Сейбера весело проводить время. Да и за все свои двадцать семь лет Келли всегда отлично ладила с мужчинами и с женщинами. Как только она решительно утвердилась в их чисто мужской семье как "альфа", именно это слово она использовала в разговоре с Вульфером, все наладилось и пошло просто замечательно. Она лишь немного тосковала по женскому общению. Например, по подруге Хоуп.
Тяжело не иметь возможности поговорить с другой женщиной, посочувствовать по поводу странных манер противоположного пола, разделить чисто женские шуточки, которые не мог понять ни один мужчина. Но лишь этого ей по-настоящему здесь не хватало. Келли скучала по своим друзьям, семье и некоторым технологическим удобствам, это и всё.
Даже боль от прошедшей две недели назад менструации оказалась не такой уж сильной. Когда она раздражительная, страдающая от судорог, спустилась к завтраку, Морганен и Эванор заговорщицки склонили головы. Эта парочка осмелилась задать ей несколько деликатных вопросов, затем они убежали, приблизительно на час, и придумали чудесный напиток, который снял все симптомы ─ и, безусловно, сделал бы их миллиардерами в ее собственном мире, если бы только их травяное волшебство могло там действовать.
Даже использование хлопковых лоскутков и высушенных частей морской губки вместо современных средств гигиены оказалось не слишком затруднительным… конечно, знание того, как средневековые женщины переживали такие дни без современных удобств, очень помогло Келли в решении проблемы.
Теперь она думала лишь о том, что если её старые друзья и немногие дальние родственники узнали об её сожженном дотла доме то, скорее всего, решили, что она умерла и сгинула в огне. Или скрывается от людей, устроивших поджог. Как бы у неё не чесались руки отомстить за разрушенный дом, лишение источника к существованию и попытку столь жестокого убийства, Келли радовалась своей судьбе. В конце концов, она оказалась в этом чудесном и странном новом мире. Если бы только здесь были другие женщины.
«Хотя, если я подружусь с Высоким, Белокурым и Не-Таким-Уж-Грубым… и мы переживём некое Бедствие… я ведь получу семь невесток, которых с радостью встречу?»
Келли вылила горсть воды на свою голову и еще немного подумала, пытаясь избавиться от необходимости покинуть этот мир, когда придет время.
─ О чем ты думаешь? ─ спросил Сейбер.
─ О том, что я рада здесь находиться, ─ тихо призналась Келли. — И что… я не хочу уходить через четыре месяца.
─ Катастовы!.. ─ Сейбер остановился прежде, чем оскорбил слух любимой нецензурной бранью. Схватив Келли за плечи, он повернул её к себе; их бедра соприкоснулись при развороте. ─ Я люблю тебя, ты выйдешь за меня замуж и останешься здесь! Ясно?
Келли потеряла точку опоры, и ее руки рассекли воду, опустившись прямо на бедра. Нужно стараться оставаться мокрой, несмотря на резко вспыхнувшую ярость.
─ О, в самом деле! И ты думаешь, я выйду за тебя замуж только потому, что ты приказал мне это сделать?
«Идиот! Тебе уже следует лучше помнить, что выводит её из себя!»
Вздрогнув, Сейбер покачал головой, пытаясь загладить свою ошибку. Он притянул к себе Келли и легко коснулся её рта своими губами, полностью меняя тактику: целуя её между словами.
─ Прости меня, Келли. Пожалуйста, пожалуйста, останься и будь моей женой! Выходи за меня и сделай счастливейшим мужчиной на всю оставшуюся жизнь!
─ Хм… ну… если ты так настаиваешь, ─ прошептала она почти у самых его губ, обвивая руками торс Сейбера.
Кто-то постучал в дверь, и парочка испуганно бросилась врассыпную. Сейбер выругался; это пришли его братья. Они снова постучали, но будь он проклят, если позволит им увидеть свою будущую жену обнаженной.
─ Придержите своих лошадей, бог их подери!
Келли захихикала от выбора фразы. Оказывается, некоторые вещи остаются неизменными в любой вселенной, как бы их не перефразировали.
Потрясенный чувством юмора Келли, Сейбер кинул на неё краткий взгляд и выгнул бровь. Он окунулся, встал из ванны и, схватив влажное полотенце, которое Келли сбросила ранее, обернул его вокруг бедер. Подойдя к ширме, установленной кое-как между ванной и дверью, он выдвинул её на всю длину. Только тогда и приблизился к двери, которую тщательно выстругали и отшлифовали несколько недель назад, пока с ней что-нибудь не случится.
Так как один из братьев снова постучал, Сейбер резко распахнул дверь. Келли не могла полностью расслышать разговора и не смогла никого разглядеть, так как обзор заслоняла ширма… но, несомненно, она понимала интонацию разговора.
Это походило на: «Какого черта тебя надо?», «Дорогой брат, почему ты раздет?», «Поздравления принимаются?», «Не твоё треклятое дело, отдай, что ты там принес, и проваливай!», сопровождаемое низким мужским смехом, и когда Сейбер откинул голову, Келли смогла увидеть верхушку двери, открывшуюся шире на мгновение. Закрыв тяжелую панель, Сейбер пробуравил её взглядом и, вытянув почти исцеленную руку перед собой, что-то пробормотал. Скорее всего, запер дверь заклинанием.
Сейбер вернулся к ванне с большим кувшином в руках. Тяжело вздохнув, он разлил содержимое (фруктовый коктейль, вероятно богатый несметным количеством ингредиентов, превратившихся теперь в жидкость неопределенного коричнево-зеленого цвета) по кружкам и поставил посуду на ступени. Сбросив полотенце, Сейбер залез в ванну, окунулся и, вынырнув на поверхность, убрал с лица намокшие волосы. У Келли было самое большее несколько секунд, чтобы восхититься его пахом; он не полностью встал, но и не был вялым.