─ Вы не были бы столь снисходительны и всепрощающи, если бы у вас был столь надменный противник, как эти наталианки. Вы бы зависели от капризов и милости вашей жены, и не считали бы ее равной. Мужчины не созданы для такого унижения. Мы восстановили порядок вещей, как в древности, когда мы правили землей…
─ Вы имеете в виду те времена, когда женщинам не разрешалось учиться, читать и писать, ─ прервала его Келли. ─ Иметь собственность или решать за кого выйти замуж? Эпоху, когда их продавали самому высокопоставленному поклоннику в обмен на землю и товары в приданном, независимо от чувств, в унижении, которое является не чем иным как более симпатичным названием рабства? Когда они были низвергнуты мужчинами и считались менее ценными, чем овцы, потому что в то время как женщина могла только родить детей, овцы, по крайней мере, могли давать не только ягнят, но и шерсть? ─ Келли еле сдерживала себя. ─ Когда выбором женщины было либо провести ее жизнь на спине под мужем, который использует свою жену, как предмет, как вещь для уборки дома и вынашивания сыновей, либо провести эту жизнь на спине под незнакомцами за монету, получаемую от него, быть шлю…
Сейбер зажал ей рот.
─ Пожалуйста, извините мою жену; у нее вспыльчивый нрав. К счастью ее гнев вызывается только проявлениями вопиющей глупости, потому она не часто показывает его нашим жителям.
Келли убрала его руку. Она не закончила, но почти вернулась к языку вежливого лексикона.
─ Это факт биологии, лорд Арагол, определяющей различия нашей плоти, созданной самими богами. В целом, хотя мужчины сильнее женщин, женщины умнее мужчин. И мозги, в конце концов, всегда побеждают мускулы, волшебство и механизмы. И так, если вы желаете стоять наравне с женщиной, разожмите кулак и используйте его, чтобы поднять книгу, а не оружие.
Вероятно, ваши так превозносимые предки с их более значительной силой избивали своих жен, пока местные боги не вложили в ум вашим женщинам кое-что еще более сильное для сопротивления, больше волшебства, чем обладают ваши мужчины. Здесь и находится ваша главная проблема, ─ сказала Келли, стараясь удержать свой тон и выражения в пределах разумной вежливости. ─ Ваши намерения, вероятно, заставили их нанести ответный удар. Насилие порождает насилие, милорд. Высокомерие порождает высокомерие. Боль и унижение взывают только к будущей мести. Вы начали цикл, поэтому должны стать теми, кто его закончит. И пока вы не сможете завершить этот порочный круг в своих умах, вы не сможете закончить его в течение жизни и не сможете победить. Это урок истории, если вы достаточно умны, чтобы выучить его.
А до тех пор, я предлагаю вам погрузиться на корабль и увезти свою незрелость и высокомерие обратно к вашим оправданиям «Независимости». Потому что пока вы прикованы к собственной слепой ненависти так же верно, как если бы кандалы были на ваших запястьях, ─ закончила Келли, тыча пальцем на его руки. ─ Это не подлинная независимость!
Он отшатнулся от ее пальца, хмуря брови от резкого нравоучения.
Сейбер сжал немного сильнее ее плечи, и Келли выпрямилась и сложила руки перед собой. Сейбер обратился к гостям, принимая на себя роль «хорошего полицейского», когда Келли была «плохим».
─ Думаю, вы должны вернуться на родину, господин граф. И думаю, действительно думаю, а не просто отвечаю, о разумности того, что было сказано здесь сегодня. Если вы создадите ситуацию, когда ваши люди смогут приехать сюда, оставив такое отношение и свои ссоры позади, вы сможете посетить нас и будете с радостью встречены. А до тех пор Сумеречный остров не будеут связываться с Бедствием, кое вы собой представляете. И не поглядывайте на Катан, пока вы не перестанете быть культурным Бедствием и вместо этого станете разумным народом. Только тогда вы можете прийти к ним, честно и самым цивилизованным образом, и они не захотят что-либо сделать с вами. Боюсь, они не были бы столь вежливы в общении с вами, как мы.
─ Вы не увидите нас снова, пока мы не убедимся, что вы перестали заниматься тем, чем занимаетесь сейчас. Вид получился очень уродливый и незрелый, ─ добавила Келли с легким презрением в вернувшемся нейтральном тоне. ─ Лорд-канцлер, организуйте транспорт для этих трех, чтоб они вернулись на берег Уайттайда. Убедитесь, что они отправились в путь до наступления темноты: если мы едва сдерживаемся от речей этих дворян, то у Повелителя Ночи терпения и того меньше. В конце концов, кровь дураков — его любимый напиток. Было бы невежливо задерживать их до наступления ночи.