— Где он? — спросила я.
— В Нью-Йорке, Высокочтимый Мост, — быстро ответила Рейвен.
Кивнув, я скрестила руки на груди, затем резко вздрогнула, когда поза потревожила всё ещё заживающее пулевое ранение. Я снова опёрлась руками по бокам, всё ещё морщась от боли.
— То есть, ты остаёшься? — спросила Вой Пай с настороженным взглядом.
Когда я посмотрела на неё, она вновь сделала уважительный жест, предназначавшийся священным мудрецам или членам Совета.
— Конечно, мы с радостью примем тебя, Мост Элисон, — вежливо произнесла она, хотя в её тоне я слышала нечто совершенно иное. — На такой период времени, на какой ты пожелаешь.
Я взглянула на Балидора.
В ответ он приподнял бровь, но я видела в его глазах веселье. До меня дошло — он считал забавным, что я только теперь осознала, что у меня есть власть над этими людьми.
Я подумывала потребовать пирог с индейкой, но почему-то сомневалась, что они поймут шутку.
Посмотрев в эти жёлтые глаза, я ощутила, как измождение берет надо мной верх.
— Да, — вяло ответила я. — Мы остаёмся. По крайней мере, на некоторое время. Я вновь благодарю вас за гостеприимство, — сделав формальный жест рукой в адрес Вой Пай, я посмотрела на Рейвен. — Она может жить… пока что. Однако я не потерплю её вновь в одной комнате с собой на протяжении всего того времени, что я здесь останусь. Если только я не позову её сама, — добавила я, подумав, что возможно захочу ещё допросить её. Подумав ещё, я добавила:
— И она не может спать в этой конструкции. Она должна уйти, пока я здесь нахожусь. Мне всё равно, куда именно, лишь бы подальше от меня и моих людей.
В глазах Рейвен сверкнуло облегчение.
Она действительно думала, что я её убью.
— Да, Мост Элисон, — пробормотала Вой Пай. Она поклонилась мне, затем посмотрела на Рейвен, жестом показывая ей уйти.
Я наблюдала, как Рейвен выскальзывает из комнаты. Перед уходом она взглянула на Балидора, и в её бирюзовых глазах проступила нервозность, но Балидор лишь зеркально вторил моему предостерегающему взгляду.
Как только она ушла, он взглянул на меня и понимающе кивнул.
Он проследит, чтобы она не вернулась.
Однако я видела в его взгляде вопрос и знала, что ещё не соскочила с крючка по поводу Мэйгара. Он захочет поболтать со мной об этом, как только мы останемся одни.
— Мне нужно поспать, — заявила я чуть громче необходимого.
Вой Пай взглянула на Вэша, в глазах которого тоже виднелся юмор. Эта женщина явно не привыкла, чтобы ей указывали в её же доме.
Но черт, она меня практически вынудила.
Словно услышав меня, Вэш подмигнул. Затем он ответил на безмолвный вопрос Вой Пай пожатием плеч в манере видящих и кивком показал на меня, говоря, что пояснений нужно спрашивать у меня, а не у него. Она повернулась ко мне, натянув на лицо натужную улыбку.
— Да, Мост Элисон, — сказала она.
Я проводила её взглядом, пока она покидала комнату.
Легонько похлопав меня по руке через дырку в бортике кровати, Балидор тихонько усмехнулся и тоже повернулся, чтобы выйти. Джон качал головой, шагая за ним. Касс и Багуэн тоже последовали за ними, остался только Вэш.
— Тебе что-нибудь от меня требуется, Мост Элисон? — весело спросил он.
— Спасибо, — произнесла я одними губами и выдохнула, позволив себе рухнуть обратно на гору шёлковых подушек.
Улыбнувшись, он поклонился и покинул моё общество.
Свернувшись на толстом матрасе, я закрыла глаза.
Долго ждать не пришлось.
Через считанные секунды он вновь скользнул вокруг меня, желая знать, что он пропустил. Я пересказала ему, насколько это позволял ошейник, вздрагивая от его разрядов, всякий раз парализующих мой свет на несколько секунд. Я ощущала от него лишь проблески — веселье из-за моего отпора Вой Пай, вспышка злости на Рейвен, достаточно личной злости, чтобы я понимала, что он откуда-то её знает. Я ощутила укол ревности прежде, чем осознала причину.
Я не расслышала его ответ, когда он послал какое-то ободрение.
От него выплеснулось ещё больше вспышек раздражения, когда он не мог разглядеть, что я показывала, когда он хотел знать больше о моем местоположении.
Я также ощущала там желание, густую тягу, которая вновь начинала влиять на меня даже без учёта пережитого только что стресса.
Когда она усилилась, я позволила ему почувствовать силу той боли.
Его свет вздрогнул вокруг меня. Поначалу он казался опешившим — может, из-за моей открытости.
Затем его свет вновь скользнул вокруг меня, пытаясь дотянуться до меня накатывающими вспышками жара. Мне пришло в голову, что меня должно нервировать то, что он так ясно меня ощущал. Учитывая то, где я находилась — в оплоте Лао Ху — он вообще не должен быть в состоянии приблизиться ко мне.