– Минутку, – ответила медсестра и заглянула в журнал учета приема больных. – В пятой.
– Спасибо.
Оказавшись на пороге больничной палаты, Ольга замешкалась. В памяти всплыл ночной инцидент. Жуткая сцена в ванной. Кровоточащие раны. Бледное худое тело Эльвиры, в котором еще теплилась жизнь.
Девушка попыталась отогнать назойливые воспоминания и, набравшись смелости, все – таки вошла в палату.
Кожемякина безмолвно лежала на кровати у окна, уткнувшись лицом в подушку. За внешним спокойствием этой сцены скрывалась внутренняя борьба. Сожаления. Невыносимая боль утраты. Нежелание жить.
– Здравствуйте, – обратилась она к больным, чьи пары глаз внимательно разглядывали её.
Пациенты с нетерпением ждали посетителей, ведь любое общение могло скрасить утомительное и неприятное пребывание в казенном доме. Они лежали на больничных койках в ожидании родственников и знакомых. Жаждали поддержки и внимания близких, не желая оставаться один на один с недугом.
Ольга подошла к постели Эльвиры и присела на стул.
Несчастная женщина, погребенная под толстыми одеялами, неподвижно лежала. Не шевелилась. Её застывший взгляд был устремлен в точку на стене напротив.
– Здравствуйте, Эльвира. Как вы себя чувствуете? – обратилась к больной Ольга.
Но ответа не последовало.
Эльвира продолжала безмолвно лежать, не реагируя на посетительницу.
Вот она сущность женской судьбы. Любить. Надеяться. Давать жизнь. А в итоге угодить в больницу, утратив разум и чувства.
Ольга положила пакет с фруктами на тумбочку и вышла из палаты.
Слезы вырвались наружу, словно крик. Девушка прижалась спиной к стене, пытаясь контролировать эмоции.
– С вами все в порядке? – спросил её Левин – хирург, который дежурил ночью.
– Да, – тяжело вздохнув, ответила Ольга.
– Вы меня искали?
– Да. Хотела узнать о здоровье Эльвиры Кожемякиной.
– Угрозы жизни нет. Но больная потеряла много крови. И пока очень слаба. Надеюсь, она скоро пойдет на поправку.
– Рада это слышать.
– Вы ей кем приходитесь?
– Никем. Я расследую дело о похищении школьниц.
– То громкое дело, о котором только и пишут в прессе? Ритуальные убийства?
– Именно. Дочь Эльвиры оказалась жертвой кровавого убийцы.
– Вот почему женщина пыталась покончить с собой…
– Ей необходима помощь психолога, чтобы справиться с возникшими жизненными проблемами.
– Я с вами абсолютно согласен. Сегодня ей будет оказана помощь психиатра.
Ольга поблагодарила врача и покинула больницу.
Набрав номер телефона Киселева, Ольга с волнением ожидала ответа.
– Слушаю, – раздался низкий мужской голос.
– Доброе утро. Вас беспокоит частный детектив, Ольга Звёздная. Могу я встретиться с вами и поговорить о Николае Осипове?
В трубке повисла тишина.
– Частный детектив?! А что случилось? – удивленно спросил архитектор.
– Я бы хотела обсудить все при встрече. Скажите, куда мне подъехать.
Архитектор задумался, но вскоре продолжил.
– Давайте встретимся в моем офисе через полчаса. Вам удобно?
– Да, конечно.
Записав адрес, Ольга отключила связь. Она вдруг успокоилась. Словно окаменела. Она была готова узнать всю правду о мече йоруба.
Глава 20
Здание, где находился офис архитектора, располагалось на северо-востоке города, втиснутое между овощным рынком с множеством небольших забегаловок и автостоянкой. В воздухе здесь витали запахи жаренного мяса и печеных лепешек.
Ольга оставила машину на парковке и нырнула в лабиринт крытых проходов, в котором громоздились груды арбузов, дынь и бананов. В глубине располагалось невыразительное блочное строение, окруженное металлическим забором.
Она вошла внутрь. В коридорах здания сновал народ. Бродили посетители, тыркаясь во все двери подряд в поисках нужного кабинета.