Ольга поднялась на второй этаж и постучала в дверь ординаторской. На её счастье хирург был на месте.
– Доброе утро. Могу я с вами поговорить? – поприветствовала она Левина.
– Доброе. Опять вы? Что случилось на этот раз? – с нескрываемой неприязнью спросил он.
– Мне нужна ваша помощь.
– Какая именно?
– Помните, мы с вами разговаривали о вашей пациентке, Анне Киселевой?
– Ну допустим, – кивнул Левин. – И что?
– Мне необходимо с ней поговорить.
– Думаю, что это невозможно, – нахмурился врач.
– Почему же?
– Вы забыли, по какой причине пациентка здесь оказалась? Сейчас она не в состоянии отвечать на вопросы. Анна испытала сильный стресс, и я не могу разрешить вам допрашивать её. Женщина очень слаба…
– Послушайте, – резко прервала его Ольга. – Дело касается спасения жизни маленькой девочки, которая находится в лапах коварного убийцы. И, если в ближайшее время мы его не остановим, то жертв может стать гораздо больше. Вы этого хотите?
– Нет. Но я – врач, – возмутился Левин. – И в первую очередь выполняю свой долг.
– Ничего с вашей пациенткой не случится! – уверила Ольга. – Мне просто надо поговорить с ней. Не более того… Я не собираюсь причинять ей вред или оказывать психологическое давление.
Хирург задумался.
– Всего один разговор! – взмолилась девушка.
– Ну ладно, – сдался хирург. – Уговорили.
– Спасибо.
– У вас есть пять минут.
Левин отвел Ольгу в палату, где лежала жена архитектора.
Одноместный больничный бокс. Окно с решеткой. Белые, покрытые кафелем, стены. Из мебели – только металлическая кровать, тумбочка и стул. Палата больше напоминала крохотную тюремную камеру, и Анна находилась там в полном одиночестве. Она отгородилась четырьмя стенами, стараясь защититься от непередаваемой боли, которая стала неотъемлемой частью её существования.
Зайдя внутрь, Ольга увидела перед собой бледную изможденную неизлечимой болезнью женщину, тело и лицо которой было покрыто множеством воспаленных уродливых ран. Анна обездвиженно лежала на больничной койке и неотрывно смотрела в одну точку. Женщина казалась абсолютно бесчувственной и апатичной ко всему происходящему вокруг. Страшный недуг не только изуродовал её тело, но и забрал душу.
– Анна, к вам посетительница, – объявил Левин и удалился.
– Доброе утро, – пробормотала Ольга, со страхом воззрившись на Киселеву. – Как вы себя чувствуете?
Ответа не последовало.
Девушка сделала несколько шагов вперед и села на стул, стоящий около кровати.
– Меня зовут Оля, – начала она. – Я – частный детектив.
Молчание.
– Я расследую дело о похищении и убийстве школьниц, – осторожно продолжила девушка. – Одна из пропавших школьниц – дочь моей приятельницы. Её зовут Даша. Она все еще жива и ждет помощи. Возможно, именно вы – тот человек, который спасет её. У вас есть дети?
В тот момент Киселева повернула голову. На её потухших глазах, полных отчаяния и раздирающей боли, появились слезы.
– Нет, – заплакала она.
– Мне очень жаль, – прошептала Ольга.
– Саша не хотел этого ребенка…
– Ваш муж? Но почему?
Киселева тяжело вздохнула и приподнялась.
– Несколько лет назад мы жили в Нигерии, – начала она. – Сашу отправили туда по работе. Он – архитектор. Так вот… Первые годы, проведенные там, были счастливыми для нас с супругом, но позже я встретила другого мужчину…
Анна опустила заплаканные глаза и замолчала.
– А что было потом? – осторожно спросила Ольга.
– Я забеременела от него, – смущенно пробормотала женщина.
– Ваш муж знал об этом?
– Да. Я все рассказала ему. Хотела подать на развод, но внезапно заболела…
Киселева пошевелилась. По лицу пробежала легкая судорога.
– Страшный недуг изуродовал мое тело, – продолжила она. – Я сходила с ума от мучений… Саша же был всегда рядом. Всячески оказывал мне внимание. Понимаете… Я не могла причинить ему боль… Своим разводом.
– Ну а тот мужчина, которого вы полюбили… Вы с ним общаетесь?
– Нет, – покачала головой Киселева. – Я его не видела много лет.
– Как его зовут? – осведомилась девушка.
– Родион Макаров.
Ольга ошеломленно уставилась на Киселеву, потеряв дар речи. Она не верила собственным ушам.