Он уже почти уснул, когда у входа раздался тихий голос адъютанта.
— Граф, есть очень срочный разговор.
Рест откинул полог и впустил Френмена. Однако он был не один, позади него стоял человек, который чем-то показался графу знакомым.
— Это Магон Марк, позавчера он скрытно пробрался в наш лагерь и сообщил мне кое-что, представляющее интерес.
— Магон Марк? Что-то знакомое…
— Я бежал на Поверхность несколько лет назад, — сказал преторианец, — за мной охотились все агенты императора. Неофициально я — самый опасный для него человек.
— Самый опасный? Насколько я был в курсе последних событий, ни один «народный вождь», тайно противостоящий диктатору, не смог бы этим похвастать.
— Я не хвастаю, граф. Эти ваши «народные вожди» не обладают той информацией, что есть у меня. Вы сказали — «диктатор», и значит, я не ошибся, и вы тоже в оппозиции к нему.
— Я не стал бы так утверждать. Оппозиции, как реальной силы, в Союзе на данный момент не существует.
— Тем не менее, именно вы приняли решение тихо саботировать поиски розового золота, чем крайне недовольны наблюдатели.
— Если судить только по этому, — усмехнулся Рест, — тогда вы правы.
— Я знал вас раньше, до прихода императора к власти. И знал также, что вашу позицию нужно просматривать в делах, а не в словах.
— Вы пришли сюда для того, чтобы наговорить мне комплиментов?
— Да, я заболтался, вы правы, монсоэро. Но я всего лишь хотел проверить вашу реакцию. И теперь считаю, что могу доверить вам тяжкий груз, который несу уже столько лет… — и Магон рассказал о том, что произошло во дворце в Береговом.
Рест Аурей был потрясён до глубины души. Смертельно побледнев, он рухнул на свой стул.
— Это не всё. Сын Магона Аурея, Рэм Бугенвиль, жив и сейчас находится в одном заведении в Тулузе. Насколько мне стало известно от старинного друга, через год он выпустится и станет участником Сборов Совершеннолетия.
— Наследник жив?! — в голосе графа изумление прозвучало вместе с неподдельной радостью.
— И это ещё не всё. Есть ещё один человек из фамилии Бугенвилей, — Сэмюэл Демитр. Он живёт на поверхности. Тот самый «ребёнок Наталиэн», про которого говорил мне старик перед смертью.
— Но Магон не знал о том, что Рэм жив! Поэтому и назначил наследником Роб-Роя!
— Тем не менее, это его последняя воля. Я вижу картину будущего примерно такой — мы должны обеспечить возвращение Сэмюэла, он берёт в жены принцессу Селену, а Рэм становится регентом по праву крови, — превосходная тройка, она займёт достойное место в династии Ауреев.
— Сначала нужно найти Селену. А как это сделать, ведь наше возвращение в Союз не останется незамеченным?
— Придумайте сами, граф. Мне там появляться нельзя, поэтому я беру на себя возвращение Сэмюэла.
— Возвращение Сэмюэла? Интересно, интересно…
Чья-то рука отбросила полог палатки на стенку. В проходе стоял Авлети с полицейским гравитационным ружьём в руке и дьявольской усмешкой на губах. За ним торчали хмурые лица людей комиссара.
— Заговор против законного императора, — проговорил он, — кто тут у нас? Граф Рест, лейтенант Френмен и государственный преступник номер один. Что же, прекрасный улов, а вот вас ждёт незавидное будущее, — и он поднял оружие.
Его охранники, косясь на преторианца, отцепляли с пояса наручники, когда вдруг сзади раздалось гудение. Ярко-зелёное светящееся лезвие метнулось наискосок слева направо, разрезав всех троих на неравные части и рассыпав вокруг ворох искр. Гронтервиль выключил световой меч, заткнул его за пояс и проговорил:
— А где тут заговор? И кто у нас сегодня государственный преступник номер один?
Заседание штаба дружины, на котором присутствовал и Роб-Рой, было прервано появлением управляющего Императорским сектором Дворца Правителей, который объявил, что из Берегового прибыл Ротхем, посланный туда для отслеживания настроений оппозиции и желает немедленно видеть Его Величество. Роб-Рой оставил своих командиров обсуждать текущие вопросы и приказал отвести своего главного информатора в отдельную приёмную.
Ротхем отсутствовал уже два года, поэтому новое убранство кабинета императора было для него в диковинку. Оторвав взгляд от приборов, он заговорил:
— Вернулся Рест Аурей, во главе небольшой части отряда.