– Ладно-ладно! Как там твоё…
– Пошляк!
– Та ладно! Я про другое!
Она схватила меня за горло. Потом обняла. Потом расплакалась…
– Варвара
Реальность – собственница. Если уж один раз она тебя взяла, то не отпустит тебя. Надолго по крайней мере. А точнее, по крайней мере, да, до тех пор, пока в ней остаётся твоя оболочка. Именно оболочка. Которая…
– АнСар! В то, что кто-то может всех раненых просто так вылечить…. Это – я верю! А в то, что кто-то сам по себе излечивается… Такое я впервые вижу!
Голова гудела. Искры боли то отскакивали от одной стороны черепа, то устремлялись в другую. И так входили в резонанс. Я обхватил голову руками.
– Сволочь, знаешь что я тебя за твоего "ансара" сделаю!
Эльф только рассмеялся.
– Ой страшно, АнСарчик!
Я на него посмотрел со злобой.
– Не знаю, как тебе удалось выжить, но тебе сейчас будет ещё хуже!
Тарф хохотнул и замолк.
– АнСар! Какая-то паршивая чародейка – ничего не в силах сделать особе Высшей Крови! Так что… твои угрозы мне – туда же!
– Ты в этом так уверен?
– Хе-хе! Я потомок Алистара Бессмертного. Во мне течёт та же кровь…
– А где тогда он сам, этот ваш…
– А Тьма его знает! В последний раз я его видел в самой самой глубокой из темниц! Так что он наверняка всё ещё там, куда его посадил мой папаша!
– О чём это ты сейчас?
– Та всё о том же! Высшую кровь – прервать невозможно. Потому Алистар Старший всё ещё жив. И потому я не отправляю агентов, чтобы прибить своего папашу. И это одна из причин, почему я сам не хочу его смерти.
– Ты о чём?
– АнСар!
– Та заткнись ты со своим Ансаром!
– А кто ты? Ха! Да ты не просто АнСар! Ты – Сарансар! Это – в сто раз хуже!
– Ты о чём!
– Да всё о том же! АнСары – они сами по себе не выбирают, где споткнуться. Просто ноги не поднимают. А вот сарансары – ищут где поухабистее, чтобы вдоволь поспотыкаться! Ты понял, Сарансар!
Я только надулся.
– Говнюк.
– У нас это называется Сартиран. Сарансар, учи языки. Особенно чужие. Тогда сам себе будешь имена подбирать.
– Хорошо, Сартиран! А теперь иди к Чёрту!
– Эй! Не поминай имён Неназванного всуе!
– Так это он тот самый Чёрт?
– Нет. Это его одно из имён. Но я его даже Неназванным стараюсь не вспоминать. Ибо знаю то, чего другим – наплевать.
– Кхм… Бездна Глубин! Кончай с загадками!
Эльф захихикал. Повернулся в сторону.
– Слушайте не обляпайтесь, Ара Майор!
Потом он повернулся всё же наконец-то ко мне.
– Лариим, АнСар. Просто когда ты упоминаешь имя сущности – это в ней отзывается. И такие ублюдки, как Неназываемый Чёрт – об этом знают. И могут подслушивать разговоры, которые следуют после упоминания их имени. Любого. Так что… ЛариЭм, Ара Хярлафирн!
Тарф согнулся от хохота. Чёрт! Бездна! Мама родная! А они и мысли тогда слышат что-ли!
Этот вопрос я и задал, когда эльф отсмеялся.
– Мысли они тоже слышат?
Он закачал головой.
– Нет. На сколько мне известно… Нет. Хотя… Ладно, утверждать не буду. Так как не проверял. Просто суть в том, что мы именно из-за того икаем, что нас кто-то по имени вспоминает. И именно потому гудит та самая Бездна Тьмы, что в ней даже не слышно криков.
Бездна…. Чёрт!!! Хотя…. Мы ж икаем. А если та… кхм… падла… тоже икает?
В общем…. Про моё упрямство вы знаете. Просто напросто я минуту тараторил все известные мне имена Того Самого…. Тарф всю минуту истерически смеялся.
– Тьёлка, Ара! – возмутился наконец Алир. – Посмеялись и хватит! А ты всерьёз хочешь, чтобы его кондра хватила! Тьёлка!
– Или нет?
– Он уже давно отриндалился! Ему просто нечем икаться!
– С тех самых пор, как его Эренгор настиг?
– Им Анлора. Тут в таком вопросе у каждого источника своя точка зрения. Я тебе потом расскажу в чём там прикол.
Он поднялся.
– Пошли! Тёлка! Этот КваёнКва хочет с нами пообщаться.
Он поднял меня за руку. Теперь я осмотрелся. Раненых в цитадели почти не осталось. Как не осталось никого во внутреннем дворе.
– Все ушли? Или всех забрали?
Эльф только фыркнул.
– Как будто этот Йонква позволит кому-то без дела отлёживаться! Это тебе дали выспаться.
– Ух ты!
– Да и то только потому, что сил много потратил. Остальным же… царапины зализали – и на баррикады!
Прикольно. Я и забыл, что с такой развитой медициной, которая в буквальном смысле чудеса творит, раненый на ноги за секунду поставится.
– Йонква-кваёонква…. Чего ты так над стариком?
– А его и правда так зовут! Ну и имечко! Квалисимус! А у нас Ква – это "утка", "селезень".
– А почему не лягушка?
– Прекрати! У меня сейчас ни малейшего желания нолветическую лекцию делать! Ква – утка. Ибо квакает! А Карпо – уже лягушка. Ибо Кар-р-рп-Ка-арп. Рокочет то есть!
– Ха-ха! Не замечал! У нас – наоборот. Лягушки – квакают. А утки – крякают.
– У вас в Пекле даже Земля в другую сторону вертится! Так что, Тёлка!
– Постой… Так у вас те горы Карповыми зовутся не в честь рыбы?
Он только фыркнул.
– Хохлы только свою часть именно только так и зовут. Мы же так зовём всё кроме Альпийского Крыла, Алирского Крыла, Риндольских Стен, а также Хвоста Наг.
Мы подошли к открытым на распашку воротам.
– Так…. Пройдём ещё немного. А то у Пана Станийслава снова засвербит сначала стрелять, а потом спрашивать.
– Ты собрался вызвать своего Пегаса?
– Да.
– А почему не пройтись ножками при помощи Фиры..
– Эй! Фир – Смерть! Фий – Воздух! Не путай! А ногами топать… Мы на это слишком много сил тратим. Пегас же когда наполняет крылья Фий – ему два взмаха только надо, чтобы перенести нас куда надо.
– А у твоего Пегаса имя есть, или он просто "Пегас"?
– Уж извини, его истинное имя только я знаю. И потому только от меня ему икается.
– Я тут просто подумал, если кто-то скажет АнСар…
– Вас таких АнСаров слишком много. Оно просто по всем распределится и никто ничего не почувствует.
– Так тот Пегас…
– Нет. Не тот самый. У моего братца таких – куча. Ибо его мать – с Земли Коней. Там и Кони, и Пегасы – Священны. Покусится на их жизнь – Величайший Из Грехов. Это только у нас, Йонатунов, после Тьмы ни одного не осталось.
– Э-э-э… Ты сказал у вас с ним…
– Да. У нас разные матери. Так уж вышло, что Аран взял в жёны Тари из других земель, ибо надеялся на помощь Синдаринов в той будущей войне. А моя Матушка просто Гуднота с Илистолем сильно много переслушала. В итоге Аран решил меня узаконить. И было у него великое облегчение, что я родился через год после свадьбы. То есть, на три месяца позже срока. Иначе бы мне всю эту кутерьму было бы и не начинать. Хярлапринц – никому не нужен.
Потом алир свистнул. С небес упал тот самый Пегас. Ну как упал…. Молнией приземлился, чуть не сбив нас с ног потоком воздуха. Ну как тот же самый… Первый Взгляд – всегда Правильный. Только он и левым может быть…