– Шутишь? – спросил Тарфельд. – Да он чуть демоном Глубин не стал!
Мы продолжили наш путь вдоль горного потока. Алиры то и дело хихикали. Тарф то и дело хмурился. Потом все снова свернули в чащу.
– Тарф….
– Что? Я не хочу об этом говорить.
– Я не о том.
– А о чём же?
– Я тут внезапно понял, что не знаю как зовут никого из твоих…
Он засмеялся.
– А и не надо. Если из тебя выпытают наши имена – тебе будет значительно сложнее играть в невинную овечку.
Он глянул на воинов.
– Я сам их зову первым-десятым.
В отряде прошёл смешок.
– Да, юный смертный, этому отродью огненных глубин мы никогда не доверим, как же называли нас наши матери! – поддакнул Перчатка.
Смешно было только ему.
– Форла! Молчал бы уж! – кивнул Тарфельд. – Уж твоя ненька побежала к нашему папаше одной из первых!
Все засмеялись. Перчатка только пожал плечами.
– Алистар, я воспринимаю наше родство – как данность. Родителей – не выбирают.
– Скажи это Бездне Эфира!
– Не пугай меня такими страшными словами! Кто-то должен был родиться мной! А если не я, то кто? И если Боги оказали мне такую Честь нести эту Миссию, то я и буду нести её с Честью!
Он сжал кулак и отсалютовал.
– Тарф… Что он имеет в виду? Вы с ним братья?
– Да. Мы все братья.
– Все? В плане?
– Помнишь я говорил про сотню незаконнорожденных? Ты теперь знаком с десятью из них.
Я присвиснул.
– Твой отец хорошо погулял.
Все засмеялись.
– А то! Тогда вино лилось рекой!
Мало помалу я осознал, что алиры между собой разные. Они все были словно детишки с серьёзным видом таскающие серьёзные игрушки. И только Тарфельд выглядел для них как старший брат.
Перчатку звали Форлой. Он был у Тарфа действительно правой рукой. Следующего алира по аналогии звали Хярлой. Значение этого слова веяло двусмысленностью и я старался не вспоминать всех определений, которые вычитал в словарях. Затем шли Тирлан и Фитеглан. Они по аналогии были правым и левым глазом. И то дело бегали вперёд что-то высматривать. Затем шёл Пента. Или Пятка. Вся двусмысленность была в том, что Пятой Точкой у Алиров называли любую выступающую часть тела. Будь то пятка, ягодицы, или соски грудей. При этом одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять, что у него – самое непревзойдённое чувство жопы. Я чуял в нём то же самое Чутьё, что и у себя. Тарфельд то и дело на него поглядывал, когда сомневался, куда вести отряд. Остальные шли за нами кто как. И как кого зовут я так и не узнал. Даже толком трудно сказать, кто из них девятый, кто десятый.
Сойдя с гор Тарф постоянно выбрал правые тропы. До тех пор, пока мы не пошли прямиком на Запад. Пятка кивнул ему и мы устроили привал.
Щель впереди светила мне всё так же. Но я тоже был рад отдыху.
– Эм Лелям Фора Каре? – спросил я.
Пятка понял о чём я и замотал головой.
– Штаб расположен на нашей стороне реки значительно ниже по течению. В самой глубине тыла, – сказал он.
– Специально, чтобы какой-то сумасшедший лях на голову не сиганул, – кивнул Тарфельд.
– Откуда вы знаете?
– У меня – хватает агентов. И сорок.
– А эти агенты…
– Нет. Это слишком рисково. Потому мы туда и идём.
– А….
– Нет, – снова мотнул головой Тарф. – узнаешь в своё в время. Пока просто наслаждайся спектаклем.
Его слова звучали примерно как "расслабься и получай удовольствие". Короче, вы поняли о чём я. Кто не понял, тому – не надо. Всё же я был в компании одиннадцати алиров и не собирался поднимать такие темы. И то хорошо, что эльфы не страдают озабоченностью некоторых людей. Тут тоже поняли о чём я.
Мы поднялись и пошли дальше.
Ярл клонился к Закату. Тарф решил, что где-то тут стоит и поискать ночлег. Пока мы не прошли на территорию, где может быть полно врагов.
Мы нашли уютную поляну с занесенным песком остатками кострища. Пятка втянул носом воздух и кивнул. Мы сняли поклажу. Часть разбрелась за дровами, а Тарф с остальными разгребли остатки кострища принесли хворост, который валялся неподалеку и разожгли костёр. Пятку с казаном отправили за водой для юшки.
Вернулся он достаточно быстро.
Форла тем временем снял свою перчатку и размял пальцы.
– ЭнСор! Доставай нам свою лютню и сыграй что-то!
Я сидел без дела и надеялся, что на меня никто не будет обращать внимания. Так как у каждого было своё дело. Не тут-то было. Что же… можно и поддержать алиров морально. Я развязал завязки на чехле и достал из него лютню. Инструмент ещё нужно было настроить.
– Дай мне, – попросил Форла. Я протянул ему лютню. Он пробежался правой рукой по струнам. Издал "брынь"… и мигом подтянул колки. Инструмент тут же зазвучал ровно.
– Держи, – он нежно протянул мне инструмент обратно.
Я обомлел.
– Как!
Алир засмеялся.
– Не обращай внимания! Этому нужно сотню лет учиться! Да к тому же, у вас, белолюдов, слух не такой чуткий, как у нас, алиров. Так что, не печалься, юный смертный! Сыграй что-то!
Сначала я ничего не мог вспомнить. Я просто наиграл что-то похожее на блюз…. Потом я боем ударил по струнам. Фа-диез. Группа Крови. Да. Того самого Виктора Цоя, что в моём родном мире свою автокатастрофу подстроил. Песни я толком не помнил. Так что… Нет. Не придумывал. Просто чуть другие слова вставлял.
– Тёплое место, но тропы ждут
отпечатков наших ног.
Звёздная пыль – на сапогах.
Мягкое кресло, меховый плед,
Не спущен вовремя лук.
Солнечный день – в ослепительных снах!
Группа Крови – на Рукаве!
Мой Порядковый Номер – на Рукаве!
Пожелай мне удачи в бою.
Пожелай мне, не остаться в этой траве.
Не остаться в этой в этой траве.
Пожелай мне… Удачи!
Мне есть чем платить,
Но я не хочу победы любой ценой.
Я никому не хочу ставить ногу на грудь.
Я хотел бы остаться с Тобой…
Просто остаться с Тобой..
Но высокая в небе Звезда!
Зовёт меня в Путь!
Братья Крови! Вы со мной!
Ваш Порядковый Номер…!
Пожелай мне удачи в бою.
Пожелай мне, не остаться в этой траве.
Не остаться в этой в этой траве.
Пожелай мне… Удачи!