– Здравствуй, солнышко ты мое любимое…
Жена совсем по-девчачьи шмыгнула носом, а развернувшись, с неожиданной тоской посмотрела мне прямо в глаза:
– Здравствуй, любимый муж мой… А тебя ждет посланник князя Дмитрия, Владимир Андреевич Храбрый.
Последние слова отозвались в моей душе такой щемящей болью, что, оглушенный, я замер на месте соляным столбом, не в силах хоть что-то вымолвить. Но в этот же миг с ушкуя раздался полный изумления возглас:
– Дахэжан?!
Глаза жены расширились от удивления – и легкого испуга:
– Екеж? Брат?!
Между тем черкес уже перемахнул на дощатый настил пристани. В том, что это брат моей возлюбленной, я убедился, немного поспрашивав о прошлой жизни горца через толмача и услышав историю один в один с историей моей супруги. И все-таки чисто теоретически это могло быть совпадением… Так что я до последнего молчал, рассчитывая воочию насладиться реакцией брата и сестры при встрече.
Но что-то больно не нравится мне эта реакция… Екеж что-то яростно затараторил, говоря очень громко, практически срываясь на крик, а Евдокия словно бы вся сжалась, даже отступила на шаг. Вдобавок ко всему заплакал Жорка, испуганный громким голосом дяди… И тут-то кровь в голову мне и ударила. Развернувшись к касогу, я с такой силой толкнул его от себя, что крепкий мужик буквально отлетел в сторону, рухнув у самого края причала.
– Заткнись! И слушай меня! Дахэжан – моя законная жена, венчанная в честном браке! И она моя княгиня! Так вот, ежели ты собираешься сдержать свое слово, так сдержи, будь верным и честным дружинником при сестре и племяннике, будь готов отдать за них жизнь! Но помни – она и твоя княгиня и госпожа!!!
Какой же гнев на меня накатил – всего аж трясет… Ну конечно, вряд ли Храбрый просто так в гости заехал, проведать! А тут еще и черкес возомнил себя главой семьи и посмел повысить голос на мою жену! Ну тварь, радуйся, что она твоя сестра, – сейчас бы придушил голыми руками…
– А если нет, проваливай в Газарию и ищи мести в своих горах… Коли фрязи не перехватят вас по пути! Бери всех своих касогов да сколько нужно стругов – и проваливайте!
В первые мгновения в глазах горца я прочел удивление, потом гнев. Но теперь, дослушав до конца, он вроде как успокоился… Не пытаясь наброситься на меня в ответ, Екеж поднялся на ноги и неожиданно спокойно, с достоинством поклонился:
– Прости, князь… Если брак честен, то я останусь верен слову, исполню обет.
Глава 7
Серпень (август) 1382 года от Рождества Христова. Елец, княжеский терем
– Здрав буди, князь Владимир Андреевич!
– И тебе не хворать, Федор Иоаннович… Поздравляю с победой!
Как бы ни ярился я в душе появлению великокняжеского посланника, а все же при виде статного, радушно и совершенно искренне улыбающегося серпуховского князя не смог сдержать ответной улыбки. Ну вот бывают такие люди… Со всех сторон положительные!
– Да какая победа, Владимир Андреевич… Так, захватили несколько кораблей и город пограбили. Да не Азак, а фряжский Порт-Пизано. В Азаке больно сильный гарнизон собрался да галер не меньше десятка с командами, и много искусных стрельцов с самострелами. Мы бы только кровью умылись… Так что, выходит, не выполнил я княжьего наказа. Разве что олово, следовавшее к татарам в Азак, потопили…
– Вот и слава богу! Но, княже, хозяин ты не хлебосольный – гость на пороге, а ты еще стол не накрыл!
– Да я…
– Да все я знаю! Только из похода вернулся…
Смеясь, Владимир Андреевич дружески обнял меня за плечи и повел в мою же гридницу, залитую солнечным светом. Как хозяин, право слово! Но легкий, добрый человек, он сделал это без всякой заносчивости, не пытаясь кичиться своим старшинством в моем же доме… Так что обидеться я просто не смог.
– Хорошо у тебя дома, Федор. Бревна терема свежеструганые, как же приятно деревом пахнут! А стол? Я такого вкусного соленого сала с чесноком и специями отродясь не ел… А мясо? То самое, федоровской выдумки? Жена твоя приказала меня им попотчевать, так ведь мясо же во рту тает! Вот и сегодня к твоему прибытию сготовили… Ну что, вначале откушаем али сразу о делах поговорим?
Я невольно усмехнулся, вспомнив о рецепте мяса по-кремлевски.
– Кваску бы попить с дороги… А откушал бы я позже, пригласив супругу. Тебя же, княже, зову сегодня за стол к старшей дружине, будешь самым дорогим моим гостем!
– Ну, квасу так квасу…
Владимир Андреевич сел за стол напротив меня, сам же я в присутствии столь высокого гостя решил княжий трон не занимать: вдвоем можно и пренебречь статусом. Между тем, заметно потускнев, серпуховский князь начал совсем иным тоном: