А вот ордынцы после второго залпа моих ротников вынужденно замедлились, на скаку задевая туши уже павших лошадей и тела соратников! Рискуя при этом также полететь на землю… Точно уловив момент, затрубил в рог кто-то из атаманов, и отогнавшие пеших преследователей ушкуйники разом сломали строй щитовых «черепах», со всех ног ринувшись к причалам…
Не удался ротникам лихой молодецкий налет, не удался. Зато живы останутся…
Глава 12
Листопад (октябрь) 1382 года от Рождества Христова. Окрестности Сарая-Берке. День набега ушкуйников
Дмитрий Боброк-Волынский внимательно и хмуро рассматривал явившуюся на поле боя ордынскую рать с высоты пологого, приземистого холма. Одного из немногих в округе… Морщинки на лбу крепкого телом и духом широкоплечего воеводы сложились в глубокие складки, а упрямо стиснутые губы вытянулись тонкой линией. Напряжен Боброк, зело напряжен! А все потому, что весьма многочисленно ханское войско, что привел с собой Тохтамыш, да еще потому, что производит оно впечатление свежей, рвущейся в бой силы, не поддающейся оценочному исчислению…
Орда степняцких всадников (в большинстве своем юрких конных лучников) сбилась в три многотысячных полка, не пытаясь, впрочем, растянуть свой строй так, чтобы обхватить крылья союзного войска эмира Ак-Хози. Зато по числу бунчуков, высящихся над головами поганых, можно сделать неутешительный вывод, что у хана собралось никак не меньше полнокровного тумена всадников! А может, и того больше… И если противник даже не пытается наметить охват передовых булгарских полков, то, значит, Тохтамыш сам готовит ложное отступление и последующий за ним фланговый удар…
Памятуя об излюбленных тактических приемах степняков, Боброк постарался построить свое войско таким образом, чтобы избежать татарской ловушки. Степь в здешних краях лесом не изобилует, но балки и овраги имеют место. Значит, тысячу-другую всадников можно спрятать, но не более. Иное дело, что глубина вражеского построения позволяет хану скрыть свои резервы, в том числе и тяжелую конницу при ее наличии… Вот потому воевода и отвел назад ударный кулак из пяти сотен отборных русских дружинников в крепкой броне, поставив их за спинами лучших булгарских батыров, а также буртасов и воев мокши. Последних воевода разместил на правом крыле – светловолосые всадники мокши с небольшими копьями, в трофейных татарских кольчугах, накоротке вполне способны крепко ударить.
В центре же, впереди русской дружины, встал сам эмир с отборным войском Булгара – это всадники в бронях и с копьями да булавами для ближнего боя. Большинство нукеров эмира имеют солидный боевой опыт, вот только получили они его не иначе как в схватках с русичами, да в годы кровавой Замятни. Но изменить на поле грядущей битвы булгары не должны. Уж больно загорелись они идеей возрождения собственного царства, независимого от орды и союзного (но не более!) Руси. И потом, зимний поход Донского на Волгу многое изменил – перейдя на сторону русичей и ударив в спину татарам, простые булгары теперь вряд ли могут рассчитывать на ханское снисхождение…
На левом крыле собрались буртасы – точнее, те нукеры буртасов, что вооружены не только луком да верткой саблей, но и копьями. У них самое слабое бронирование во всей второй линии союзной рати, немногие вои среди них имеют кольчуги. И все же прирожденные всадники, буртасы весьма искусны в сече; по крайней мере, один раз сходить в копейный напуск смогут, а там… Там видно будет.
Первую же линию своих всадников воевода также разделил на три полка, но уже конных лучников – два булгарских и еще один, состоящий из буртасов. Конные лучники должны прикрыть копейщиков и вести перестрелку столько, сколько потребуется, вытягивая татар на встречный удар; если потребуется, перестрелка степняков будет длиться хоть весь день! Главное, не поддаться на вражьи уловки, не попасть в ханскую ловушку, коли она есть…
В чем сам воевода лично нисколько не сомневался. Оттого и построил свою рать невиданным ранее способом; впрочем, никогда под его началом не собиралось и столь много стрелков.
– Ахмедка! Скачи к Искандер-бею, передавай мой наказ: пусть начинает атаку. Да полки правой и левой руки пусть растянут строй и стремятся охватить крылья вражьей рати… Зачнем сечу.
Молодой булгарин знатного рода, разъезжающий на легконогом арабском скакуне, лишь поклонился воеводе, поспешив выполнить его приказ. А Боброк уже обратился к остальным посыльным: