Джианнони дель Боско с трудом осознал слова, изреченные явно изумленным толмачом, после чего с удивлением переспросил:
– Прошу меня извинить, темник… Но, как я уже сказал, у нас с ханом Тохтамышем заключен взаимовыгодный мир и союз. И я не понимаю: почему чистокровный хан-чингизид должен выполнить волю эмира Турана?
Едигей шумно прихлебнул студеного кумыса из пиалы, после чего неспешно ответил:
– На самом деле чистота ханской крови не имеет значения, если в его руках нет достаточной силы. Мамай правил от лица Мухаммеда Булака, Тимур правит от лица Суюргатмыша… А Тохтамыш смог занять престол Золотой Орды лишь с помощью Тимура, и тот потребовал справедливую плату за оказанную им помощь. Ее цена – уничтожение ветви Шелкового пути, ведущей в ваши города. С последующим их штурмом и разграблением… Правда, хан не желал сдержать некогда данное эмиру обещание.
Еще один неспешный глоток из пиалы, после чего татарин продолжил:
– Но поражение от урусов в Булгаре все изменило. Вновь моля Тимура о помощи, Тохтамыш был вынужден признать его волю. Так что следующей весной сам великий эмир явится под стены ваших крепостей с многочисленными осадными пороками… У Тимура есть мощные, дальнобойные манжаники, известные у вас как требушеты, а также железные тюфенги, с громовым грохотом извергающие каменные ядра! Также хватает и запасов «греческого огня», что вода потушить уже неспособна… Наконец, его осадные мастера способны возводить осадные башни и тараны, так что стены Каффы, как и прочих ваших крепостей, не смогут сдержать натиска Железного хромца…
Заметно побледневший консул с трудом сглотнул, выслушав перевод толмача, после чего, чуть запинаясь, уточнил:
– Н-но… Но откуда вам все это известно?
Едигей лишь усмехнулся, вновь прищурив глаза:
– Я был в тронном зале Тимура, когда униженный им Тохтамыш вновь молил эмира оказать ему помощь… И Тамерлан отрядил меня на помощь хану, да заодно полнокровный тумен отборных наемников-гулямов и сородичей-ногайцев. Без нашей помощи урусы и булгары разбили бы Тохтамыша и взяли бы его столицу…
Консул почуял, как ему внезапно стало очень жарко.
– Тогда… Тогда почему вы говорите об этом мне?
Темник широко улыбнулся, продемонстрировав кривые желтоватые зубы с крупными клыками, отчего стал еще сильнее походить на затаившегося в засаде тигра, отбросившего напускную расслабленность.
– Потому что я сам хочу стать великим эмиром… Или всевластным беклярбеком, каким некогда был Мамай. Буду править от лица полностью зависимого и подконтрольного мне хана… Коим Тохтамыш никогда не станет. И править стану без оглядки на великого эмира, пользуясь всеми преимуществами торговли по Шелковому пути!
Джианнони украдкой, но с явным облегчением выдохнул. Как кажется, теперь все стало на свои места…
– Но позволь узнать, мой дорогой союзник, как ты сможешь помочь нам и стать владыкой Орды, если твое войско принадлежит эмиру Тимуру?
Темник ответил после недолгой паузы, вновь вкусив кумыса:
– Как я уже сказал, гулямы – это наемники, а ногайцы есть мои соплеменники. И нескольких пудов серебра должно хватить, чтобы купить наемников с потрохами и обеспечить полную лояльность моих сородичей… Ведь ногайцы – одно из самых многочисленных и сильных племен Золотой Орды; они с радостью поддержат своего ставленника на ханском престоле.
– И что же, этих сил будет достаточно, чтобы противостоять зак… и Тохтамышу, и великому эмиру?
Консул едва не произнес «законному хану», но вовремя одумался. Едигей же отрицательно мотнул головой:
– Конечно же нет! В открытом бою эмир раздавит войско ВСЕЙ Золотой Орды, в том я абсолютно уверен… Но когда Тимур осадит Каффу, то приведет с собой мой тумен, а заодно и многие тысячи моих соплеменников… Я же вхож в личный круг эмира и смогу оказаться подле его шатра в нужное время с отрядом лучших, верных лично мне нукеров. А заодно и у шатра Тохтамыша…
Сделав короткую паузу, темник продолжил:
– Когда же я повергну обоих вождей, в осадном лагере начнется паника, и верные мне гулямы и ногайцы нападут на преданных эмиру воинов… Нападут внезапно, вооруженные и готовые к битве, фрязи же откроют ворота и ударят по татарскому лагерю извне. Вместе мы сумеем сокрушить всех наших врагов! И продолжим жить в добром соседстве и союзе…
Консул пригубил вина – не столько из-за жажды, сколько желая скрыть свои размышления. Он не особо доверял неизвестному ему темнику, явившемуся из бескрайних степей Дешт-и-Кипчак, но проверить его слова вполне реально. По крайней мере, узнать наверняка, что Тохтамыш победил союз русичей и булгар именно с помощью эмира Тамерлана, отправившего Едигея на помощь хану… А заодно заслать в Туран лазутчиков под видом купцов – те хотя бы сумеют разведать, готовится ли эмир двинуть свои тумены на полуночь или нет?