– Как же содят, ироды! Ничего ведь на берегу не останется!
Деян согласно кивнул – на сей раз татары крепко приготовились к прорыву на участке их заставы. Навскидку поганых собралось вдвое, а то и втрое больше прежнего, и за пару дней степняки сумели заготовить дюжину больших, грубо сбитых плотов. Правда, спешенные ордынцы наметили переправу на значительном удалении от острога, выше по течению реки, а где там приставать к высокому берегу Сосны, Деян в толк взять и не смог. Ибо ополченцы и новоиспеченные ротники везде, где смогли пройти, нарубили засеки по берегу, непроходимые не только для конного, но и для пешца! Верст на пять в обе стороны от острога тянется эта преграда…
Но плоты – это мелочь по сравнению со всего одной пушкой, что татары подтянули к самой реке. Ордынцы принялись один за другим разбивать туры каменными ядрами! Достается и обновленным после прошлого боя надолбам… Но турам больше всего. При первых выстрелах ротники спешно покинули берег, потеряв человек пять убитыми и сильно покалеченными – ну а какими еще могут быть раны, когда в человека на скорости прилетает каменная глыба? Вои покуда оттянулись в острог – слава богу, что стены обновили весной! Татары попробовали их разбить, да после пары выстрелов убедились, что мелковаты их ядра для двойного тына, набитого камнем и землей…
Чего, увы, не скажешь о воротах заставы.
Плохо, что туров не останется, а ордынцы, по всему видать, начнут атаку лишь после того, как размочалят в щепу каждый из щитов. Воям с самострелами укрыться будет негде, как и копейщикам, впрочем, татары сильно тянут время! Дай Бог, поспеют с Ельца ушкуи с повольниками, вооруженные пушками, захваченными у фрязей. А уж там ротники крепко врежут поганым! Вон в прошлый раз как обернулось – всего одного выстрела зарядом дробленого щебня хватило, чтобы образовать в колонне ордынцев сквозную просеку… И чтобы степняки, потеряв всякое мужество, ломанулись назад испуганной толпой, давя упавших иль раненых товарищей да сбивая с брода всех, кто промедлил!
Дай Бог, чтобы и сегодня поспели ротники…
К сожалению, в том, что помощь придет, Деян не может быть уверен наверняка. Кажется, двойные дымные столбы поднимаются над каждой заставой, прикрывающей второстепенные броды по Сосне. С другой стороны, Волчий брод как раз один из наиболее к Ельцу близких, наравне с Талицким…
Прошло не менее получаса, прежде чем вражеский «тюфяк» замолчал и рухнул наземь последний сбитый с подпорок тур. Но тотчас на полуденном берегу реки ударили барабаны – и татары начали переправу: через брод, как и в прошлый раз, двинулась колонна пеших ордынцев, сложивших над головами щиты. И одновременно с тем где-то под сотню поганых ринулось к плотам!
– Ну, братцы, приготовились! В прошлый раз крепко татарву потрепали, ударим и теперь!
Лад старается подбодрить ополченцев, но от проницательного взгляда уже пожившего и повидавшего людей на своем веку Деяна не укрылось, что сегодня голова стрельцов куда сильнее напряжен, чем в прошлый раз. Но этим наблюдением воин решил ни с кем не делиться – чего накручивать соратников лишний раз? И так все видя…
– Ротники! За мной!
Воевода Еремей Ольгович упрямо повел копейщиков и стрельцов с самострелами к броду. Быть может, вернее было бы оставить арбалетчиков в остроге? Впрочем, десяток самых метких стрелков Еремей действительно оставил, разместив у бойниц башни; остальным же все одно не хватило бы места на стенах заставы, обращенных на полудень и восход.
– Гляди-ка, Деян. А поганые ведь все верно рассчитали!
Ополченец отвлекся на замечание Семена, обратив свой взгляд к реке, и действительно увидел, что плоты ордынцев, едва-едва ладящих с управлением громоздкими посудинами, вынесло на стремя реки и потянуло именно к броду… Хотя сами татары все же стараются пересечь реку, ведь иначе их ждет лишь столкновение с товарищами! И у степняков, несмотря на всю свою неумелость, вроде даже получается.
– Все одно не понял. Ну переплывут они реку поближе к броду. Но по нему и так идет уже сколько поганых, разве нет?
Семен лишь молча пожал плечами, а вот Лад возвысил звенящий голос:
– Приготовились! Зажигательными стрелами! По моей команде… Целим на середину брода!
Все как в прошлый раз…
Но Деян ошибался – события второго боя на Волчьем броде развиваются совсем иначе. Да, лучники успели дать четыре парных залпа, чередуя зажигательные стрелы и обычные срезни. Они неплохо потрепали ворога, но, как только копейщики построились на берегу, а стрельцы принялись разворачиваться чуть поодаль, на возвышенности, надеясь разить ворога через головы соратников (с высоты-то почему нет?), татары тотчас сломали стену щитов… И принялись густо бить из луков, целя в ротников с самострелами. Ударили, покуда арбалетчики не успели еще установить на подпорки трофейные щиты-павезы или ростовые червленые…