Вокруг остроконечных трав, над которыми они проходили, роились насекомые: жужжащие, поющие, перелетающие, молча плетущие прозрачные сетки. Мелкие водоемы с нечеткими берегами лежали темными пятнами. Пейзаж, казалось, был покрыт зеленоватой пеной. Наверху в тонком дожде с грубыми криками пролетали стаи больших неуклюжих птиц, преследуемые шумной погоней на истребителях. Охотники палили по птицам из бластеров. Дымящиеся птичьи тушки падали с неба в трясину.
По мере их приближения дворец Дурги становился все выше - кошмарное сновидение, состоящее из башен и переходов, огромная пасть ворот, да еще обширная подземная сеть темниц, известных по всей Галактике.
- Ах, я даже и не знаю, сколько времени потребуется Дурге на возвращение,- объявил Коррда, как только баржа пришвартовалась в заливе. Лейя осмотрелась: берега были изрыты пещерами, а чуть повыше цепочкой стояли ангары.-Но, будучи ответственным за ваши развлечения, осмелюсь предложить вам тур по уровням наших темниц. Вы найдете их совершенно очаровательными.
- Никаких темниц,- заявила Лейя,- благодарю, в любом случае нет.
- Не испытываю интереса,- согласился Хэн,- мы повидали в прошлом достаточно темниц, впечатлений от них нам хватит на ближайшие сто лет или около того.
- О, - откровенно разочарованно протянул Коррда, видимо теряясь в догадках, что можно предложить взамен.
В свое время Лейя не сумела проникнуть в закрытое сознание Дурги. Коррда был куда слабее, и кое-что ей удалось ощутить - взволнованность, неуверенность, возбуждение, расстройство,- но обмана не было никакого. Коррда честно не разбирался в происходящем и очень боялся подставить свою голову под удар.
Способности к Силе доставили Дейе еще и множество тяжелых, рождающих чувство гадливости впечатлений от самого дворца, застоявшееся эхо страданий, мысли об убийстве и предательстве - казалось, сами камни источали их. Все это оглушило ее, и она постаралась как-то отключить чувства.
- Ах, возможно, нам стоит тогда пообедать,- предложил Коррда,- у нас всегда есть свежее мясо и сочные деликатесы. Будут приглашены другие члены семьи Дурги. Должно быть, будет приятно с ними встретиться.
- Это более приемлемо,- сказала Лейя, склоняя голову в королевском поклоне, Хэн же пробормотал:
- Не знаю, не знаю… Обед с компанией хаттов - звучит немногим приятнее, чем тур по пыточным камерам.
Внутри обеденного зала, взгромоздясь на каменные балки, сидели отвратительные птицы, они провожали взглядом каждый кусочек мяса, готовые кинуться на него прежде, чем он исчезнет в огромной, как пещера, пасти хатта.
Гости, юные кузены Дурги, походили на широкоротых угрей, еще тонких и мускулистых, хотя некоторые уже начинали накапливать слои жира, готовясь стать тучными в зрелых летах. Их толстые губы кривились, взгляд желтых глаз бегал по сторонам, но эти хатты были, очевидно, здоровы, а вот Коррду явно грызла какая-то болезнь. Похожие на плети хаттики вели себя грубо и нагло, едва умея связать два слова на общегалактическом,- их совершенно не интересовали занятия Дурги.
Коррда выполнял роль лакея, принося блюда желеобразной пищи: тушеные насекомые, паразиты, сбрызнутые теплым медом; жареные зернистые личинки - большинство из них лежало хрустящей горкой на тарелке, другие же еще корчились в борьбе со смертью.
Лейя изо всех сил старалась казаться довольной, хотя ни у нее, ни у Хэна особого аппетита не было. Лейя выкладывала еду по краю тарелки, пытаясь выбрать в ней хоть что-то съедобное. То же и Хэн. Жилы на его шее вздувались, когда он сжимал зубы. Только Си-3ПиО не потерял дара речи, пытаясь разгадать происхождение компонентов пищи. Впрочем, Коррде приходилось еще хуже, чем Лейе и Хэну. Гости безо всякого повода, просто из грубости, шлепали его всякий раз, когда он попадал в пределы их досягаемости. Своей тарелки на столе Коррда не имел, его уделом были объедки, которые он съедал где-то в стороне. Он смотрел на Хэна и Лейю с вызывающей у них ужас благодарностью, возможно, считая, что они не съедают своих порций в намерении оставить ему нетронутую еду.
- Простите,- спросила его тихонько Лейя, когда Коррда подполз, чтобы собрать тарелки,- почему вы не сидите с нами за столом, если вы назначены помощником Дурги?
- Да нет же, я - его самый последний слуга,- отвечал Коррда.Взгляните на меня,- он оглядел свое ленточно-тонкое тело и болезненную кожу.- Мой удел лишь помои. Меня презирают за то, что я болен редкой болезнью худобы. Хатт, весящий ниже положенного, является объектом всеобщего презрения. Вот… это я… Как можно уважать такого худосочного червя, как я?