- Длинноухие! – громким вскриком прорезался голос у временно онемевшей от страха Фиры.
- Они самые, - мечница посмотрела на меня, утвердительно качнув головой. – Эльфы и много.
- Ну тогда силой мы ничего не решим, - убрал молот обратно в сумку и подошел к выходу, кивнув Лограну. – А ну, посторонись.
- Святой отец, - Логран встал рядом с девушкой. – Я пойду первым.
- Мечи уберите, - спокойным голосом отдал я приказ оруженосцу и мечнице, добавив тоном, не терпящим возражений. – Первым пойду я. Думается мне, что это родственники нашей освобождённой пленницы.
Двор действительно был полон эльфийских воинов.
Крестьяне сбились в кучу, бабы прижали к себе ребятишек, укрывая их головы руками, мужики стояли перед женами с хмурыми и решительными лицами, сжав кулаки. С десяток эльфов-мечников окружили их, направив острие своих клинков на крестьян.
Остроухие лучники удерживали у стены моих мечников и егеря, натянув большие луки с наложенными на них белооперенными стрелами. Еще несколько мечников окружили Лидию и послушниц.
У ворот монастыря ровным строем еще воины, не менее двадцати. Рядом с ними трое друидов, а за строем треща прозрачными крылышками порхали миниатюрные феи. Я заметил штук пять этих прелестных созданий.
В центре двора стоял высокий эльф с длинными золотистыми волосами в дорогих и красивых доспехах. Он о чем-то громко спорил с Лидаэль на эльфийском. Точнее он пытался вставить отдельные слова в те моменты, когда раскрасневшаяся и бурно жестикулирующая девушка останавливала поток мелодичных слов, переводя дыхание.
При моем появлении эльф оторвал свой взгляд от девушки и пристально посмотрел на меня, резко вскинув руку, останавливая шустрых фей, что с встревоженными лицами вспорхнули над строем.
Я удивился лишь тому, как он, стоя спиной к воротам, понял, что его крылатые подчиненные что-то сделали. Лидаэль заметив отсутствие внимания со стороны сородича, обернулась.
Воспользовавшись возникшей паузой, я принял как можно более непринужденную позу, уперев руки в бока и с выражением недоумения и легкого возмущения на лице, спросил, обращаясь к эльфийке:
- А что собственно здесь происходит? Почему в моем монастыре столько вооруженных эльфов, угрожающих моим людям оружием?
Высокий эльф смерил меня надменным взглядом, Лидаэль вздохнув, повернулась к нему и вновь «запела» на эльфийском.
- Элие антар махтари? Онторо. (Так ты дашь мне воинов? Брат.)
- Ние ава ханья, Лидаэль. Лато лия рестая фиримар? Той айла ава унгве норнал. (Я не понимаю тебя, Лидаэль. Зачем тебе помогать людям? Они едва не принесли тебя в жертву).
- Той ральтая майе! (Они спасли меня!) – девушка сжала кулачки и с вызовом смотрела на старшего брата. – Элвари айя грахтали май, улаи ни ава ха! (Богиня не простит мне, если я не закрою свой долг).
На губах высокого воина появилась теплая (братская) улыбка. Он нежно обнял Лидаль за плечи. Я ни черта не понимал, но молча стоял, ожидая, когда они закончат. Прерывать их и качать права в своем же монастыре учитывая численное превосходство остроухих было глупо. Так что мне оставалось только ждать, чем это все закончиться.
- Сколько ты хочешь взять воинов?
- Двадцать мастеров лука из рода Ясеня и столько же мастеров меча из рода Дуба. Парочку друидов, пять фей и трех рейнджеров.
Эльф, закинув голову громко расхохотался.
- Я не сказала ничего смешного! – девушка насупилась и свела брови.
- А единорогов и парочку фениксов тебе не надо? – уже успокоившись, прыснул эльф.
Разговор спасенной мною Лидаэль и ее сородича перешел в более спокойные тона. Высокий эльф даже улыбался и говорил с возбужденной девушкой с отеческой заботой в голосе. Хоть я нихрена и не понимал в певучем наречии длинноухих санитаров леса, но заботу и ласку в мужском голосе различить смог.
- Я дам тебе трех рейнджеров и пять мастеров меча. Когда потребуется моя помощь, активируй камень призыва, и я приду на помощь со своей дружиной.
Их диалог длился еще минуты две, после чего эльф с улыбкой кивнул и протянул девушке небольшой зеленый кристалл на тоненькой серебряной цепочке. Девушка улыбнулась в ответ и повесила кристалл на шею. Затем еще что-то сказала собеседнику и резко развернувшись, направилась ко мне. Златокудрый обернулся к своим подчиненным и громко окликнул одного из друидов с оленьими рогами на голове и длинным посохом в руке, сопроводив свой окрик повелительным жестом.
- Родственники? – спросил я Лидаэль, когда она подошла ко мне и встала рядом.
- Да, - глядя на возникшую суету среди эльфов, кивнула в ответ девушка. – Они уходят.