— Как вы могли быть виноваты? Какое право имел он так поступить с вами?
— Вы странный человек, мистер Флинт, — наигранно рассмеялась Ясмин. — С одной стороны, вы — человек, добрый умом и сердцем. Вы невозможно прямолинейны, и, несмотря ни на что, я всё-таки ценю ваше сочувствие. Но вы крайне раздражаете меня! Итак, пожалуйста, закроем этот вопрос!
— Леди, я беспокоюсь за вас. — Он загородил ей путь. — Если это Мухаммед, я отомщу за вас прямо сейчас же!
Она с раздражением взглянула на него:
— О? Вы хотите драться с ним на дуэли? Но это — не в наших традициях. А если вы будете угрожать ему, он просто прикажет убить вас. И в любом случае такой поединок не соответствовал бы вашему собственному английскому кодексу чести.
— Почему?
— Если я правильно понимаю, вы не сможете потребовать дуэли от человека, который из-за ранения не может держать в руке меч.
— Леди, это не является непреодолимым препятствием. Мы можем по договорённости разрешить эту проблему. Например, драться на пистолетах!
— О нет, мистер Флинт. Только не с той славой при дворе Моголов, которая окружает вас как самого выдающегося стрелка в Английской компании.
Он не мог ответить на это и после паузы сказал:
— Да. Вы совершенно правы. Конечно.
Она посмотрела ему в глаза и рассмеялась — на этот раз совершенно искренним смехом.
— А теперь хотите, я расскажу вам всё? Только обещайте, что не будете вмешиваться в ход дел?
— Я обещаю.
— Клянитесь вашим Богом.
— Клянусь своей честью.
Они гуляли более часа. Ясмин свободно говорила с ним, рассказывая, как получила задание от Анвара уд-Дина контролировать мужа. Какая задача стоит теперь перед ней и перед ним, если он согласится быть её союзником? Использовать Мухаммеда и рубин, чтобы повлиять на будущее Декана. Её слова убедили Хэйдена, но главное, своей откровенностью она как бы дала ему понять, что они будут вместе.
Теперь, когда они стояли у стены, разделённые пространством в ярд, которое казалось ему одновременно и тысячемильным и не существующим вовсе, ветер донёс до них отдалённый бой барабанов. Их ритмичная дробь становилась всё громче, и Ясмин наклонилась вниз посмотреть, откуда доносится звук. С высоких стен можно было видеть всё.
Внизу собралась толпа любопытных, ожидающая процессию, которая, очевидно, направлялась к внешней территории дворцового комплекса. В центре процессии, спотыкаясь и плача, шла молодая женщина. По мере её приближения можно было видеть, что она обезумела от ужаса. За ней следовала группа из дюжины стражников в тёмно-зелёных халатах и чёрных тюрбанах. Впереди шли два голых до пояса молодых барабанщика, которые выбивали изогнутыми палочками на барабанах сигнал, собирающий людей. Затем вышел служебный исполнитель, и барабанный бой резко прекратился, стенания же продолжались.
Ясмин со страхом слушала чтение приказа.
— Что это? — спросил Хэйден.
— Они применили к ней закон зина, — проговорила она удручённо. — Муж обвинил её; она же всего лишь женщина, и её оправдания никого не волнуют.
— Вы хотите сказать, что её обвинили в лжесвидетельстве?
— Нет, не в лжесвидетельстве.
Стенания молодой женщины усилились. Она стояла лицом к толпе, с непокрытой головой, опущенными плечами, безвольно повисшими руками.
Затем в девушку полетели камни. Первые броски были неточными, булыжники по большей части ударялись в землю и отскакивали от стен. Служебный исполнитель, зачитавший приговор, начал ругать толпу за недостаточное прилежание.
Хэйден растерянно наблюдал за несчастной, пока ей в голову не попал большой камень и не сбил её на землю. Тогда он вздрогнул, как будто сам ощутил пронизывающую боль и очнулся.
«Я должен что-то сделать», — подумал он и закричал им, чтобы они прекратили:
— Роко! Бас! Тумко уско марна нахин чахье!
Он орал, пока не охрип, но на его крики никто не обращал внимания.
В нескольких местах из головы девушки уже текла кровь. Кидаясь из стороны в сторону, она попыталась прорваться сквозь нападающих, но каждый раз её вновь отбрасывали назад. Она пыталась увёртываться от камней, закрываться от них руками, пока наконец не упала, будучи не в силах встать. Камень размером с ананас разбил её бедро, но она лишь вздрогнула и затихла, обхватив голову. Затем толпа сомкнулась над ней; несколько особо рьяных исполнителей приволокли огромные булыжники и добили девушку.