Игры Безликого
Добро пожаловать.
Это сборник любовно-эротических историй, в которых главными героями являются злые боги/духи и обычная девушка, которой они стали одержимы. Чувства темные, запретные, принуждение и откровенные сцены 18+.
И откроет этот сборник история "Игры Безликого".
Каждую ночь Илтар является Делире в облике мужчин, которых тайно желают жительницы города: учителя, воина, поэта. Город шепчет о её «разврате», не зная, что в её постели — само божество. Но когда ревность смертных превращается в охоту на ведьм, а Илтар начинает путать игру с истиной, им предстоит выбор: уничтожить друг друга или найти силу в том, что они так яростно скрывали — своих чувствах. Когда маски падут, окажется, что даже бессмертные боятся — ведь любовь требует стать уязвимым.
Добро пожаловать, моя муза будет благодарна за ваши лайки. Добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не потерять и подпишитесь на автора, чтобы узнавать о выходе новинок.
Глава 1 Ночной визит
Храм Вечных Снов тонул в синеватых сумерках. Последние лучи солнца, пробиваясь сквозь витраж с изображением спиралей мироздания, рисовали на мраморном полу узоры, похожие на змеиные кольца.
Делира провела ладонью по краю чаши с миррой, чувствуя, как густая жидкость прилипает к пальцам. Запах ладана и кипариса висел в воздухе плотно, словно сам храм был легкими какого-то гигантского существа.
— Чистота духа начинается с чистоты тела, — механически прошептала она, сбрасывая с плеч белое одеяние жрицы.
Ткань шуршала, скользя по бедрам, и на мгновение ей показалось, будто чьи-то невидимые пальцы коснулись поясницы.
Вода в каменной купели была ледяной, как всегда.
Делира стиснула зубы, погружаясь по грудь. Ритуал предписывал читать молитвы вслух, но сегодня язык будто одеревенел. Взгляд упорно тянулся к статуе в центре зала — трехметровому изваянию Илтара, безликого бога иллюзий, чье лицо было скрыто под резной маской с двенадцатью глазами.
— Владыка Миражей, прими омовение рабы твоей...
Голос сорвался, когда она заметила — глаза на маске повернулись, следя за её движением. Сердце забилось чаще. Илтар не вмешивается в ритуалы. Он наблюдает. Только наблюдает. Всегда.
— Ты дрожишь, жрица.
Делира ахнула, ухватившись за край купели. Голос прозвучал справа, но когда она рванула головой в ту сторону, в поле зрения попала лишь пустота.
— Здесь... — она обернулась налево и замерла.
На краю купели сидел он. Не бог — учитель Нариан, её наставник по медитациям. Его волосы были собраны в привычный узел, а руки покоились на коленях в жесте умиротворения. Но глаза... Обычно добрые, сейчас они горели янтарным огнём.
— Ты не Нариан, — выдавила Делира, отползая к противоположной стене.
Вода хлестнула через край.
— А кто же ещё? — уголки его губ дрогнули.
Голос звучал точно как у наставника, но с примесью чего-то... хищного.
— Ты же видишь. Слышишь. Чувствуешь.
Он встал, и Делира впервые заметила — его тень не повторяла движений. Она извивалась отдельно, как дым от погасшего фимиама.
— Владыка, — она прижала ладони к груди, стараясь не смотреть ниже его шеи. Нариан... О, нет, он... был обнажён. — Я... я не готова.
— Готовность не спрашивают, — он шагнул в купель. Вода не плеснулась, словно его тело было призраком. — Ты молила о знаке. Я пришёл.
Холодные пальцы коснулись её щеки. Делира вздрогнула — прикосновение было осязаемым, вопреки всему.
— К-какой... знак? — её собственный голос показался чужим.
Вместо ответа он провёл пальцем по её губам. Вкус мирры заполнил рот — сладкий, с горьким послевкусием. Делира попыталась отстраниться, но спина упёрлась в мрамор.
— Сомнение — грех, — прошептал он, уже в сантиметре от её лица.
Теперь в его глазах отражалась она — мокрая, дрожащая, с распущенными по плечам пепельными волосами.
— Но дрожь... дрожь мне нравится.
Его губы коснулись её шеи ровно там, где пульсировала жилка. Делира вскрикнула, но звук потерялся в его ладони.
— Тише, жрица. Ты ведь не хочешь, чтобы они услышали?
Он кивнул в сторону коридора, откуда доносились шаги ночных стражей. Делира зажмурилась, чувствуя, как её тело предательски отвечает на прикосновения. Его пальцы скользнули вниз, к ключице, затем ниже — к груди, которая поднялась в немом крике.
— Посмотри на меня, — приказал он.
Она повиновалась. Лицо Нариана расплылось, как рисунок на мокром пергаменте. На миг показалось, что под маской учителя скрывается кто-то... другой. Молодой. Беспощадный. Красивый, как обсидиановый клинок.