— Кто ты? — прошептала она.
— То, что ты заслуживаешь, — он захватил её губы в поцелуй, и мирра на их языках воспламенилась.
Его руки скользнули по её мокрой коже, оставляя за собой мурашки, будто лёд сменялся пламенем. Делира попыталась отодвинуться, но мраморная стена купели впилась в спину, не оставляя пути к отступлению.
Пальцы наставника впились в её бёдра, приподнимая её так, чтобы её грудь прижалась к его холодной, но внезапно осязаемой груди.
— Ты молилась о чистоте, — его голос звучал как шелест страниц запретного гримуара, — но в твоих жилах течёт огонь. Дай ему волю.
Он провёл языком по её ключице, и Делира вскрикнула, ощутив, как её тело отвечает вопреки разуму. Его губы опустились ниже, к груди, заставляя её выгнуться в немом приглашении. Вода вокруг них закипела мелкими пузырьками, хотя его прикосновения оставались ледяными.
— Владыка, я... — её слова превратились в стон, когда его пальцы нашли скрытый ритм между её бёдер.
— Молчи, — прошипел он, кусая её плечо. Боль смешалась с наслаждением, оставляя на коже багровый след. — Ты не молишься сейчас. Ты чувствуешь.
Его пальцы бесстыдно исследовали ее плоть, проникая туда, о чем она себе даже запрещала думать. Умело и властно, раскрывая складки плоти и теребя набухший от желания бугорок сосредоточия женского наслаждения, безликий бог пальцами второй руки раздвинул ей стенки входа, массируя промежность.
— Посмотри на меня. Ты была влюблена в наставника?
Пальцы замерли перед самой разрядкой, и Делира задвигалась сама.
Но пальцы на это решили покинуть жаркое местечко, и Делира сдвинула ноги, не пуская.
— Отвечай, маленькая жрица.
— Не знаю… Не думаю, — пробормотала она.
— А кого ты считаешь красивым? Ответь мне.
Пальцы ласково прошлись между складочек, и Делира охнула. Но снова наступила пауза. Илтар ждал ответа на вопрос.
Делира не знала ответа, да не могла сейчас соображать. Но ей так хотелось продолжения, что она назвала имя того, о ком шептались женщины города:
— Киан, кузнец. Говорят, что он красив…
За это она получила награду. Пальцы настойчиво углубились вовнутрь, и Делиру накрыла волна оргазма.
Илтар вошёл в неё резко, как удар грома среди ясного неба. Делира вцепилась в его плечи, чувствуя, как мнимая плоть наставника Нариана дрожит под её пальцами, словно готовая рассыпаться. Но Илтар не давал ей сосредоточиться на обмане — каждое движение его бёдер выбивало из неё стон, каждое прикосновение губ к уху заставляло трепетать.
— Смотри, — он заставил её повернуть голову к статуе. В глазах каменного Илтара плясали отражения их тел. — Видишь, как ты ему нравишься?
Она захлебнулась смесью стыда и восторга, когда волна накрыла её. Илтар издал звук, похожий на рычание, и в этот миг его облик дрогнул — на миг вместо Нариана она увидела другого: юношу с кожей цвета лунного света и глазами, полными чёрных звёзд.
Потом всё исчезло.
Когда Делира открыла глаза, купель была пуста. Лишь рябь на воде да синяк на шее напоминали о визите. Она выползла наружу, обхватив себя руками. Воздух звенел, как после грома.
— Это был сон, — убеждала себя, надевая одеяние.
Но когда пальцы коснулись синяка, из темноты донёсся смех — низкий, двусмысленный, растворяющийся в шепоте драпировок.
Статуя Илтара стояла на месте. Маска с двенадцатью глазами следила за каждым движением.
— Спокойной ночи, жрица, — прошептал ветер, и фитиль последней лампады погас.
Глава 2. Искушение в образе друга
Ладан ещё висел в воздухе, словно призраки утренней молитвы, когда Делира скользнула в трапезную, стараясь прикрыть синяк на шее шарфом. Руки дрожали, проливая гранатовый сок на белоснежную ткань жреческого одеяния.
— Плохо спишь, дитя? — Голос верховной жрицы Маэли заставил её вздрогнуть.
Старуха наблюдала за ней сквозь дым курений, её морщинистое лицо напоминало треснувшую маску Илтара.
— Вижу, демоны искушают тебя.
— Нет, матушка. Просто... читала свитки допоздна, — Делира опустила глаза, чувствуя, как жжёт ложь на языке.
Маэли хмыкнула, протягивая ей чёрный корень мандрагоры:
— Положи под подушку. Отгоняет тех, кто приходит во сне.
Если бы это был сон… Делира сжала корень в кулаке, пока боль не пронзила ладонь.