Профессора Ланкфорда все называли Драконом Ланкфордом или просто Драконом. Мне не пришлось долго ломать голову над тем, откуда взялось это прозвище. У профессора на лице была татуировка в виде драконов, сплетавших свои длинные чешуйчатые хвосты у него под подбородком. Головы драконов находились как раз над бровями Ланкфорда, а вырывающиеся из их пастей струи пламени красиво обрамляли синий полумесяц у него па лбу. Это было настолько потрясающе, что я не могла отвести глаз. Кроме того, Дракон был первым вампиром-мужчиной, которого я смогла рассмотреть поближе.
Сначала я была ужасно разочарована. Вы только не смейтесь, но если бы меня спросили, каким я представляю себе вампира мужчину, внешне он бы никак не походил на нашего учителя фехтования. В голове у меня слишком прочно засел кинематографический стереотип красавца-вампира — высокого, опасного и таинственного. Типа нестареющего «Горца» Эдриана Пола, короче. А наш Дракон был невысокого роста, с длинными светлыми волосами, убранными на затылке в аккуратный хвостик, с открытым лицом и добродушной широкой улыбкой. Короче, если бы не крутая татуировка, он выглядел бы как самый обычный симпатичный дядька.
И только когда профессор Ланкфорд начал разминку, я почувствовала его силу. Стоило ему поднять клинок (я только потом узнала, что эта железка называется «рапира») в традиционном приветствии, как Дракон сразу стал совершенно другим — собранным, изысканным и невероятно стремительным. Он делал выпады, отступал и защищался с такой ловкостью, что все остальные, не исключая сильных фехтовальщиков вроде Дэмьена, выглядели рядом с ними неуклюжими мешками.
После разминки Дракон разбил нас всех на пары и велел отрабатывать приемы. Я очень обрадовалась, когда он подвел ко мне Дэмьена.
— Добро пожаловать в Дом Ночи, Зои, — тепло сказал Дракон, приветствуя меня традиционным амазонским рукопожатием. — Дэмьен расскажет тебе об основных элементах нашей экипировки, а я дам дополнительные уроки, чтобы ты побыстрее нагнала остальных. Я вижу, раньше ты не занималась фехтованием?
— Нет, — честно призналась я и торопливо добавила: — Но я с удовольствием буду учиться. Мне очень хочется уметь орудовать шпагой!
— Это называется рапира, — с улыбкой поправил меня Дракон. — Мы научим тебя владеть фехтовальной рапирой. Это самое легкое оружие из тех, что имеются в нашем распоряжении, и оно великолепно подходит для женщин. Ты знаешь, что фехтование относится к немногочисленным видам спорта, в котором мужчины и женщины могут соревноваться практически на равных?
— Нет, никогда об этом не слышала, — с живым интересом воскликнула я. С каждой минутой фехтование нравилось мне все больше и больше! Вот будет круто надрать мужикам задницы в спорте!
— Дело в том, что ум, расчет и внимание позволяют хорошему фехтовальщику не только успешно компенсировать свои кажущиеся недостатки, но и, умело используя, превращать их же в достоинства. Ты можешь уступать своему противнику в силе и скорости, но если сумеешь превзойти его в ловкости и быстроте реакции, победа будет за тобой. Верно я говорю, Дэмьен?
— Верно! — улыбнулся мальчик-талисманчик.
— Дэмьен один из самых собранных и серьезных фехтовальщиков, которых мне когда-либо доводилось обучать. У него блестящая способность к концентрации, что делает ею очень опасным соперником.
Я искоса взглянула на Дэмьена и заметила, как от похвалы он покраснел до ушей.
— Всю следующую неделю, а может быть, и немного дольше, Дэмьен будет отрабатывать с тобой начальные навыки. Запомни хорошенько, Зои, фехтование — это очень иерархичное и последовательное искусство. Если фехтовальщик не сумеет как следует отработать и закрепить основные приемы, ему будет трудно двигаться дальше и он никогда не сможет достичь хороших результатов.
— Я запомню, — пообещала я. Дракон снова улыбнулся своей доброй улыбкой и отошел к следующей паре.
— Он хотел сказать, что ты не должна злиться или скучать, когда я буду заставлять тебя по многу раз отрабатывать одно и то же движение, — предупредил Дэмьен.
— Вижу, ты хочешь вывести меня из себя своим занудством, но пока не понимаю, с какой целью, — огрызнулась я.
— Просто предупреждаю о проблемах, которые возникнут, когда мы начнем накачивать гною очаровательную задницу, — засмеялся Дэмьен и шлепнул меня по озвученной части тела рапирой.
Я возмущенно зашипела и дала ему сдачи, но после двадцати минут непрестанных выпадов и отступлений на исходную позицию — снова и снова, как заведенная! — мне стало ясно, что Дэмьен совершенно прав. Завтра утром моя задница будет болеть, как проклятая.
После занятий мы быстро приняли душ (к моей огромной радости, в девичьей душевой были отдельные кабинки с задергивающимися шторками, что избавляло нас от варварской и унизительной необходимости мыться в общей помывочной, как заключенные женской тюрьмы), и я вместе со всеми понеслась и столовку, носящую гордое название «обеденной залы».
Когда я говорю — понеслась, это значит, что я помчалась, как подорванная. Я просто умирала от голода.
В столовой нас ждал гигантский салат-бар, на котором было все — от салата с тунцом (фу, гадость!) до крошечных початков мини-кукурузы. (Кстати, никто не знает, что это вообще такое? Зародыши кукурузы? Карликовая кукуруза? Может, кукуруза-мутант?)
Я навалила себе полную тарелку, оттяпала здоровенный ломоть чего-то аппетитного, по виду и запаху похожего на свежеиспеченный хлеб, и плюхнулась на скамейку со Стиви Рей. Дэмьен пристроился рядом.
Эрин и Шони были уже здесь и ожесточен но спорили по поводу того, кто из них лучше написал сочинение по литературе. Вопрос был сложным, особенно если учесть, что обе получили ровно по 96 баллов.
— Ну давай, Зои, выкладывай! Что там на счет Эрика Найта? — выпалила Стиви Рей, едва я отправила в рот первую вилку салата.
При этих ее словах Близняшки мгновенно умолкли и повернулись ко мне.
Я уже успела придумать, что можно рассказать им про Эрика, твердо решив умолчать о сцене в коридоре. Поэтому просто ответила:
— Он на меня смотрел.
После чего на меня в недоумении уставились три пары глаз.
Понятно, я произнесла все это с набитым ртом, а потому получилось нечто вроде: «Оо наэня матэл». Поспешно сглотнув, я повторила:
— Он на меня смотрел. На уроке драматического искусства. И я ужасно растерялась.
— Поясни, что значит «смотрел», — потребовал Дэмьен.
— Это произошло, как только он вошел в класс, но особенно стало заметно, когда Эрик вышел на сцену. Он читал отрывок из «Отелло», а когда дошел до последних слов про любовь и прочее, то прямо вперился в меня взглядом. Я подумала, что это у меня глюки такие, но он уставился на меня с самой первой строчки, а потом еще обернулся, когда выходил из зала. — Я вздохнула и слегка поежилась, чувствуя себя неловко под их пристальными взглядами. — Да не берите в голову, скорее всего, это он так специально сделал. Сценический прием или типа того.
— Эрик Найт самый классный парень во всей школе, — выдохнула Шони.
— Фигня! Он самый желанный мальчик на планете Земля! — заявила Эрин.
— Кенни Чесни все равно круче! — упрямо возразила Стиви Рей.
— Оставь нас в покое со своими деревенскими кумирами! — отмахнулась Шони и повернулась ко мне: — Не будь дурой, не смей упускать таком шанс!
— Вот-вот, — закивала Эрин. — Не смей!
— Но что я могу сделать? Он же мне ни словечка не сказал!
— Зои, детка, надеюсь, ты улыбнулась ему в ответ? — очень серьезно спросил Дэмьен.
Я захлопала глазами. Хороший вопрос! Улыбнулась я ему или нет? Вот дерьмо! Нет. Точно нет. Я просто сидела, таращилась на него, как последняя дура, и пускала слюни. Ну ладно, слюней я, положим, не пускала, но все равно дура.
— Не знаю, — уклончиво ответила я, но Дэмьен не дал себя провести.