— Позвольте откланяться, господа, — скользнула следом Гианора. — Нужно проследить, чтобы моя ненаглядная сестрица не учудила чего и благополучно добралась до своих покоев.
— Полагаемся на тебя, дорогая, — улыбнулся ей вслед Малиэль и поочередно обвел взглядом всех оставшихся союзников.
Те в свою очередь красноречиво кивали ему в сторону трона. Малиэль оглянулся на него, демонстративно нахмурился и вопросительно ткнул себя пальцем в грудь. Льессары вновь молча закивали и Малиэль, пожав плечами, шагнул к трону. Поднялся на возвышение и торжественно уселся. Поелозил туда-сюда, устраиваясь поудобнее и наконец расплылся в довольной ухмылке.
— Будто под мой зад делали, — произнес.
— Поздравляем, Твое Величество! — воскликнул Корвиэль.
— Рано, — посерьезнел Малиэль. — Вот когда все будет сделано официально, как того требуют законы и традиции, тогда и будете поздравлять.
— Так вставай с трона тогда, раз рано, — махнул рукой Гармиэль.
— Нет, мне здесь нравится. Мысли по эффективному претворению в жизнь наших с вами планов так и лезут в голову, пока я на нем сижу.
— Тогда сиди подольше, — сказал Ревиаль.
— Постараюсь, — отозвался Малиэль и вновь рассмеялся.
Его смех повторно подхватили преисполненные победного торжества льессары, вынудив присоединиться и Кадара. И он хохотал наравне со всеми, хохотал совершенно искренне и неудержимо.
Но смеялся он вовсе не вместе с ними.
Глава 28
— Давно не виделись, приживалка, — усмехнулся я, следя взглядом за мельтешащим тут и там Искром.
— Не могу сказать, что меня это расстраивает, — отозвался тот. — Чем обязан?
— Да вот дай, думаю, загляну, узнаю как дела, — пожал плечами я. — Ты, к слову, ничего интересного не вспомнил?
Он не ответил. Мелькнул где-то сбоку и скрылся за огненной колонной. Появился вновь уже с другой стороны и скользнул поближе, заметавшись перед моим лицом.
— А ты не забыл, от чего зависят мои воспоминания? — спросил вкрадчиво.
— Слушай, давай не будем, ладно? — я отдалился от него, не касаясь ногами пола. Примирительно поднял перед собой руки. — Нет так нет, сказал бы сразу.
— О, прости, что смею отнимать твое драгоценное время. Учитывая, что ты на меня забил на хрен знает сколько дней, тебе самому его наверняка не хватает. Весь в делах, да?
— Не поверишь, но да, — отозвался я. — В последнее время слишком много всего требует моего внимания, так что я не могу просто взять и заставить себя ни о чем не думать. Избавиться ото всех мыслей и погрузиться в себя не так то просто, как кажется — особенно для того, кто никогда раньше подобным не увлекался.
— Но ведь в прошлые разы как-то получалось.
— В первый раз мне помогал Мудрейший — без него ничего бы не вышло. Как мне удалось попасть сюда во второй — ума не приложу. Как-то само собой получилось, я и сам толком ничего не понял. Может, каким-то образом сказалось то, что я был в безвыходной ситуации в ответ на которую мое подсознание задействовало какие-то скрытые ресурсы, не знаю.
— Хочешь сказать, что сейчас у тебя там, снаружи, очередная такая ситуация?
— Почти, — хмыкнул я. — Но пока не совсем, так что время у нас есть. И его нужно потратить максимально продуктивно, так как вернусь я сюда опять хрен знает когда. А пока меня не будет, постарайся восстановить как можно больше воспоминаний.
— Да я и так стараюсь, — в голосе Искра отчетливо прозвучали досадные нотки. — Но мне нужно больше сил, больше поглощенных тобой великих душ. Тех, что ты мне уже преподнес, хватило только на какие-то обрывки размытых образов, отрывки ничего не значащих фраз и прочую шелуху. Нужно больше душ, понимаешь?
— Ничего, у нас их еще много, — усмехнулся про себя я, подняв голову к пламенному своду зала, по другую сторону которого извивались тени. — Сегодня хочу попробовать скрутить сразу двоих, пока есть возможность.
— А сил хватит? — усомнился Искр, наворачивая круги вокруг меня.
— Вот сейчас и проверим, — отмахнулся я от него и постарался сосредоточиться.
В следующее мгновение стены зала задрожали, подернулись размытым маревом и растворились, образуя обширные проемы в двух местах сразу. Не прошло и доли секунды, как в эти проемы принялись втискиваться прильнувшие снаружи к стенам великие души.
Двое.
Я взмыл под самый потолок и раскинул руки, призывая в каждую по ярко полыхающему огненному мечу. Колонны задрожали и сдвинулись с мест, меняя форму и готовясь захлестнуть моих противников пламенными щупальцами. Они тем временем проникли в зал и обходили его по кругу, держась поодаль от стен и примеряясь для атаки.
Громадные туши, окутанные размытой дымкой заходили с флангов — один хлестал по полу растущими откуда-то из спины длинными тонкими отростками, похожими на кнуты, второй, очертаниями напоминающий вставшего на задние лапы неуклюжего медведя с непомерно раздутым пузом, передними зачем-то держался за голову.
— Ну что, подходите, — ехидно хохотнул я, поманив души грозных чудовищ. — Можно без очереди.
***
— Не вздумай ничего уронить, дура! — хрипло прикрикнул Фредерик Мортон на свою помощницу, всучивая ей очередную сумку с позванивающими внутри склянками.
Рози покорно приняла ее и повесила на левое плечо — правое уже оттягивали еще несколько сумок а к поясу были прицеплены металлические емкости и несколько кожаных футляров. За спиной у нее при этом висел достаточно солидных размеров плетеный короб, в который мастер сложил основное оборудование.
Сам же он нес в руках лишь бережно прижимаемый к груди окованный металлом сундучок с заговоренным замком, внутри которого хранилось самое ценное, что у него на данный момент было — уникальный артефакт древних.
Окинув взглядом лабораторию, в которой они провели последние несколько дней, Мортон кусал губы, наверняка раздумывая, не забыл ли чего. Рози наблюдала за мастером из под скрывающих лицо волос, удерживая на себе всю навьюченную им поклажу и стараясь ничем не выдать своего волнения.
— Вроде все, что надо, собрал, — произнес он наконец. — Думаю, пора идти. Давай за мной и не вздумай отставать.
Шагнув к двери, Мортон медленно приоткрыл ее и выглянул наружу — плохо освещенный подземный коридор был пуст. Покинув лабораторию, он прислушался, приложив палец к губам. Было тихо — только где-то в отдалении приглушенно гудело демоническое войско. На дворе стояла ночь, так что большая часть воинов уже спала — это здорово упрощало им задачу, как и то, что Мортон специально оборудовал под себя одно из самых дальних помещений во всем подземелье Ладрии. Сюда редко наведывались демоны и то в основном для того, чтобы проведать его и убедиться, что он ни в чем не нуждается.
За это ему стоило благодарить в первую очередь Владыку Фурио, который по счастливому стечению обстоятельств действовал именно так, как на то рассчитывал сам Мортон. Очевидно, что тот надеялся таким образом как можно скорее заполучить результаты работы мастера с артефактом, потому и не отказывал ему ни в чем, поставляя все необходимые материалы по первому требованию.
Мортон его прекрасно понимал — ради чего-то столь же значимого, как этот артефакт, можно было пойти на многое. В том числе и на пренебрежение угрозой со стороны сазарийского университета, о которой мастер напоминал Владыке при любом удобном случае.
Но сам он вовсе не рассчитывал на то, что это каким-то образом удержит Фурио от попыток при первой возможности отбросить все условия их договора и грохнуть его, присвоив себе артефакт. Он ведь в первую очередь демон, а всем в цивилизованном мире известно, что демоны — не самые умные существа в Эртарии. Одному из них наверняка просто не под силу осознать истинную значимость угрозы со стороны такой силы, как сазарийский университет, поэтому со стороны Мортона было бы до одури глупо полагаться лишь не нее.