Старейшина умер и все остальные…
Старк.
Воспоминания рассыпались, словно осколки разбитого зеркала. Он, блуждая, плыл среди них, и страх вырвал вопль из его горла.
Мягкие руки коснулись его лица.
Туман посветлел, рассеялся, превратившись в кровавую дымку. Внезапно Старк снова стал самим собой, вспомнив все.
Он лежал на спине, а Зерит, дочь Мельфора, стояла над ним. Он был где-то на дне Красного Моря, этого жуткого океана, в котором человек может дышать, и не мог даже пошевелиться, как будто тело его было мертвым.
Старк лежал, похороненный в собственном теле, и испуганно смотрел на Зерит, ожидая ответа на вопрос, который боялся задать.
Она поняла.
— Все в порядке, — ласково сказала она. — Это пройдет. Ты будешь здоров. Это — оружие Лхари. Оно парализует тело, но это не навсегда.
Ее светлые волосы покачивались в такт медленного дыхания моря — молочное облако на малиновом фоне. Старк увидел, что Зерит очень изменилась. Когда он видел девушку последний раз, она была испуганной, но полной эмоций и какого-то упрямого мужества. Теперь же лицо ее осунулось, в глазах была безнадежность.
На ее белой шее был ошейник — кольцо из темного металла.
— Где мы? — прошептал Старк, пытаясь приподнять голову.
— В месте Потерянных Душ.
Черные стены, черный свод. Громадный холл, через высокие амбразуры которого потоками огня вливались волны.
— Мы в городе, — тихо сказала Зерит. — ты скоро увидишь его и больше ничего — до самой смерти.
— Но как ты попала сюда, малышка? — нежно спросил Старк.
— Из-за отца. Мельфор был работорговцем у Лхари. Таких очень много среди капитанов судов в Шараане, но об этом никто никогда не говорит, так что даже я, его дочь, могла лишь догадываться. — Она горько рассмеялась. — Теперь я здесь, с ошейником Потерянных Душ. Но и Мельфор тоже. Почему ты не ушел с болота? Я же предупреждала!
— Теперь поздно жалеть об этом. Ты говоришь, Мельфор здесь?
— Да. — В ее голосе послышалось восхищение. — Я не знаю, что ты сделал Лхари, но Лорд Эджил был в дикой ярости. Он ругал отца за глупость и скверную работу, потому что тот не сумел схватить тебя. Отец скулил и просил прощения, и все бы закончилось хорошо, если бы не его любопытство. Ты вроде дикого зверя, говорил отец, многозначительно разглядывая раны Лорда Эджила, но он надеется, что ты не причинил Вреда Леди Варре. Эджил стал прямо пурпурным. Я думала, с ним случится припадок.
— Да, — глухо сказал Старк, — спрашивать об этом было ошибкой. — Он громко рассмеялся. — Мельфору стоило держать пасть закрытой!
Девушка несмело улыбнулась и продолжала:
— Эджил крикнул стражника и приказал взять Мельфора. Когда же до отца дошло, чем это ему грозит, он тут же свалил всю вину на меня. Эджил, похоже, совсем взбесился. Говорят, все Лхари сумасшедшие — наверное, так оно и есть. Во всяком случае, он приказал схватить меня, чтобы семя Мельфора навеки было втоптано в грязь.
Настало долгое молчание. Старк угрюмо разглядывал ошейник Зерит. Рабыня. Рабыня Лхари в Городе Потерянных Душ.
Послышался шум приближающихся голосов: Потерянные Души возвращались с работы.
Они медленно появлялись из тусклого красного тумана, — толпа проклятых, усталых, потерявших надежду. Рабы один за другим падали на подстилки, лежащие рядами на черном каменном полу, и их светлые волосы покачивались в медленных водоворотах моря.
Один из них направился к Старку.
— Хильви!
— Брат!
Хильви присел на корточки рядом с ним. Когда Старк видел его в последний раз, это был красивый юноша, теперь же перед ним сидел изможденный старик, его глаза были воспалены, глубокие морщины пролегли вокруг рта.
— Брат, — повторил Хильви, не стыдясь слез. — Ох, и дурак же ты, что явился в этот ад! Посмотри на меня, теперь я почти мертвец.
— Разве ты не пошел бы за мной? — спросил Старк.
— Но я всего лишь невежественный житель болот, а ты пришел из космоса, видел другие миры — ты должен был понять, насколько это опасно.
Старк хмыкнул.
— Я все еще дикий пещерный человек. Так что мы оба дураки. Где Тобал?
Тобал был братом Хильви, нарушившим табу. Теперь он видимо обрел покой, так как Хильви помрачнел, хотя казалось, что это уже невозможно:
— Человек не может долго жить на дне моря. Дышать и есть — это еще не все. Тобал умер. Я тоже скоро умру.
Хильви поднял руку, наблюдая за струящимися вдоль нее огнями.
— Мозг гибнет раньше, чем тело, — сказал он небрежно, как будто речь шла о пустяке.
— Хильви охранял тебя, пока другие спали, — прошептала Зерит.